Сирота с отчаянием слушала завещание, слыша смех мужа и любовницы! И в конце концов узнает, что от свекрови ей досталось лишь какое-то непонятное письмо…
Остап остался совершенно один посреди гулкого судебного коридора. Тишина давила на виски, а внутри разрасталось липкое ощущение того, как вся его прежняя, сытая жизнь безвозвратно рушится. Единственным логичным выходом из этой финансовой пропасти оставалась продажа семейной мастерской. Его бизнес, лишенный материнской опеки и финансовых вливаний, давно и безнадежно пришел в упадок. Однако в последнее время до него доходили настойчивые слухи, что где-то в соседнем Хмельницком появилась очень похожая мастерская, которая стремительно набирает обороты и забирает лучших клиентов.
«Надо срочно поехать туда и предложить им купить мое оборудование и клиентскую базу, чтобы хоть как-то избавиться от этих конкурентов и расплатиться с долгами», — лихорадочно решил он, хватаясь за эту идею, как за последнюю соломинку.
Следующие две недели ушли на то, чтобы через знакомых найти нужные контакты и в конце концов договориться об официальной деловой встрече.
В просторном дворе мастерской в Хмельницком пахло свежей древесиной и краской. Остап сразу заметил, что вокруг кипит масштабная работа — предприятие явно расширялось, возводя новые, светлые рабочие цеха. У входа его приветливо встретила молодая девушка-администратор с планшетом в руках.
— Проходите, пожалуйста, вас уже ждут в кабинете руководства, — улыбнулась она, указывая на массивную дверь в конце длинного коридора.
Пока Остап шел туда, он мысленно прокручивал предстоящий разговор. Ему еще раньше сказали по телефону, что директором этого успешного бизнеса является довольно молодая девушка. Привычная наглая самоуверенность снова взяла верх, и он даже самодовольно представил, как легко мог бы закрутить с ней короткий роман, чтобы выбить для себя гораздо более выгодные условия сделки. Но как только он толкнул дверь и переступил порог просторного кабинета, его шаги резко оборвались.
Он замер, как вкопанный, а его лицо мгновенно исказила жалкая гримаса абсолютного шока. За большим дубовым столом, внимательно просматривая какие-то бумаги, сидела Валя.
— Чего замер на пороге? Проходи, садись и не трать мое рабочее время, — произнесла она с такой ледяной, непоколебимой уверенностью, что Остапа бросило в холодный пот.
— Ты?! — только и смог хрипло выдохнуть он, инстинктивно хватаясь за спинку стула.
Валя медленно отложила шариковую ручку, подняла на него спокойный, ясный взгляд и едва заметно улыбнулась уголками губ.
— А что такое? Тебе настолько странно видеть меня именно здесь?
— Ты… ты просто не можешь быть… — невнятно пробормотал бывший муж, тщетно пытаясь собрать разрозненные мысли в кучу.
— Остап, послушай меня внимательно. Если ты приехал с конкретным деловым предложением, то садись и излагай суть, — ее голос звучал ровно, по-деловому и без всякой лишней эмоции. — Если же нет — извини, но у меня сегодня еще полно работы, и на пустые разговоры у меня нет ни минуты.
Остап на ватных ногах опустился на стул. Только сейчас он боковым зрением заметил Андрея. Тот расслабленно сидел в глубоком кожаном кресле в углу кабинета, медленно попивая горячий кофе из керамической чашки и не сводя с гостя тяжелого, пронзительного взгляда.
Остапа будто ледяной водой облили. В его голове наконец сложился весь пазл. Он четко понял: здесь ему уже абсолютно ничего не светит. Эта новая, сильная и независимая Валя прекрасно знает обо всех его долгах, о полном крахе его мастерской и о его жалком финансовом положении. Он приехал сюда не как хозяин ситуации, а как обычный проситель.
— Да пошли вы все к черту! — неожиданно громко рявкнул он.
Остап подскочил с места, как ошпаренный, выскочил из кабинета и так сильно хлопнул дверью, что глухо задрожали стекла в окнах.
Валя лишь немного удивленно взглянула на закрытую дверь, покачав головой. Она ожидала чего-то подобного. Андрей неспешно отставил свою чашку на широкий подоконник, подошел к ней и мягко положил большие, теплые ладони на ее плечи.
— Даже не волнуйся об этом. Я сам завтра съезжу в Винницу и поговорю с ним предметно, как мужчина с мужчиной, — его глубокий голос действовал на нее необычайно успокаивающе. — Мы обязательно договоримся на наших условиях, потому что у него сейчас абсолютно безвыходная ситуация. И знаешь что? Мы еще и ту старую мастерскую твоей свекрови в Виннице полностью возродим и сделаем нашим лучшим филиалом… как раз к нашей свадьбе.
Валя искренне, очень светло улыбнулась, доверчиво прижавшись щекой к его крепкой руке. В ее душе наконец царил долгожданный, абсолютный покой. У нее больше не было никаких сомнений: если этот человек что-то ей пообещал, то так оно непременно и будет. Ее настоящая, счастливая жизнь только начиналась.
