Он годами сидел на шее у жены, а потом ушёл к молодой красавице. Думал, что схватил Бога за бороду, но судьба приготовила самовлюблённому нарциссу невероятный бумеранг…

Валентина Васильевна чуть ли не каждый день, глотая успокоительные капли, высказывала сыну свои горькие материнские обиды. Она со слезами на глазах, с невыразимой грустью вспоминала Юлию — такую спокойную, хозяйственную, мудрую и совершенно самостоятельную женщину, которая никогда не чуралась работы. Пожилая мать искренне не понимала, как её умный сын мог добровольно променять надёжную жену на эту ленивую, пустую и самовлюблённую эгоистку. Милана же, в свою очередь, воспринимала их элитную недвижимость исключительно как удобный бесплатный перевалочный пункт между рейсами и встречами с новыми киевскими подругами.

Слушая эти бесконечные, но совершенно справедливые упрёки матери, Артур растерянно смотрел на высокие горы своей неглаженой одежды на стульях. Он переводил взгляд на холодильник, в котором никогда не было готовой еды, и на совершенно равнодушный, холодный профиль своей юной жены. Впервые за очень долгое время в его самоуверенной голове промелькнула действительно страшная мысль: кажется, он собственными руками совершил самую большую, самую роковую ошибку в своей жизни.

Прошёл ровно один невыносимо долгий год. Жизнь под одной крышей с молодой, амбициозной стюардессой превратилась для Артура в ежедневный, беспросветный ад. Они ссорились практически без передышки, срывая голоса и бросаясь болезненными взаимными обвинениями. Милана почти никогда не бывала дома, а редкие выходные предпочитала проводить не в кругу нервного мужа и его ворчливых родителей, а в самых дорогих заведениях города. Артур чувствовал себя глубоко подавленным, его глянцевая картинка безупречной жизни разбилась вдребезги. А одним прохладным, ветреным осенним вечером долгожданная развязка наступила сама собой.

Милана быстрым, решительным шагом вошла в их комнату, не проронив ни слова приветствия. Она молча, с ледяным спокойствием достала с верхней полки шкафа свой фирменный чемодан и начала методично складывать туда вещи. Артур, лёжа на диване, лениво наблюдал за ней, уверенный, что жена просто собирается в очередной рабочий рейс. Но когда она начала тщательно упаковывать всю свою косметику и зимнюю одежду, он мгновенно напрягся.

— Нам нужно срочно заканчивать этот жалкий цирк, Артур, — холодно, без малейшей капли эмоций произнесла она, резко застёгивая молнию на переполненном чемодане. — Я встретила другого мужчину. Он значительно моложе тебя, у него собственный очень успешный бизнес в сфере логистики. И, что самое главное, он не живёт со своей мамой, выпрашивая деньги из её зарплаты.

Девушка даже не пыталась подбирать слова. Она смотрела на него свысока и откровенно призналась, что никогда его не любила. Взрослый, доверчивый Артур был для неё лишь удобным бесплатным билетом в роскошную столичную жизнь. Теперь, когда её карьера пошла в гору, а рядом появился по-настоящему состоятельный партнёр, этот тесный «временный аэродром» на Подоле ей больше был не нужен. Артур кричал, обвинял её в меркантильности, но Милана лишь снисходительно улыбнулась, вызвала такси и навсегда исчезла за тяжёлой дубовой дверью.

Как выяснилось позже, бывшая юная жена ушла в новую жизнь не с пустыми руками. Собирая вещи, она чрезвычайно ловко присвоила фамильные золотые серьги Валентины Васильевны, которые неосторожно лежали на туалетном столике. Эта дерзкая кража стала последней каплей для измученных родителей. Сергей Петрович, отчеканивая каждое слово, поставил сыну суровый ультиматум: либо Артур в течение месяца находит нормальную официальную работу и переезжает на съёмную квартиру, либо они собственноручно выставят все его брендовые вещи на холодную лестничную площадку.

Оставшись у разбитого корыта, совершенно без денег, без статусной красавицы и с вполне реальной перспективой оказаться на улице, мужчина вдруг ясно прозрел. В его памяти ярко всплыл тёплый, родной образ Юлии. Его первая жена теперь казалась ему абсолютно безупречной женщиной: у неё была уютная квартира, высокий доход, и она всегда заботилась об их сыне.

«Какой же я был слепой болван!» — с отчаянием подумал Артур. Он твёрдо решил немедленно возвращаться в ту надёжную гавань. Он тщательно побрился, нанёс дорогой парфюм, надел свой лучший костюм и отправился на Оболонь. У станции метро «Минская» он потратил последние карманные деньги на роскошный букет тёмно-красных роз, надеясь, что этот жест растопит сердце бывшей жены. Поднимаясь в лифте высокой новостройки, он без конца прокручивал в голове трогательную речь о том, как глубоко осознал свои ошибки.

Вот он на знакомом этаже. Сердце колотилось в груди так сильно, что едва не выскакивало наружу. Артур уверенно нажал на кнопку звонка и замер с букетом, натянув на лицо свою фирменную улыбку победителя. Замок тихо щёлкнул, тяжёлая дверь медленно распахнулась. Но на пороге светлой квартиры стояла совсем не Юлия.

Перед ошеломлённым Артуром возвышался статный, широкоплечий и чрезвычайно уверенный в себе мужчина в удобной домашней одежде. Незнакомец спокойно, с лёгкой иронией окинул взглядом растерянного гостя с цветами, мгновенно оценил комичность ситуации и едва заметно улыбнулся уголками губ.

— Забудь этот адрес навсегда, приятель. Тебе здесь больше совершенно не рады, — чрезвычайно спокойно, но ледяным, твёрдым тоном произнёс новый мужчина Юлии.

И прежде чем шокированный Артур успел выдавить из себя хоть одно жалкое слово оправдания, дверь глухо и безжалостно захлопнулась прямо перед его носом. Щёлкнул замок. Эталон мужской красоты остался стоять в пустом, холодном коридоре совершенно один на один с ненужными розами и своей окончательно разбитой жизнью.