Богатые сваты хотели проучить женщину из села в элитном ресторане! Их улыбка исчезла, когда к ней подошёл владелец заведения…

Галина нервно засмеялась, но совет намотала на ус. Надежда ещё долго стояла на крыльце, живо обсуждая возможные варианты развития событий на том ужине, пока Галина суетилась по двору, всё ещё сомневаясь, справится ли она с этой ролью.

На следующий день женщина всё-таки решилась на визит к жене главы общины. Заметив гостью на пороге своего просторного дома, Валентина Ивановна широко улыбнулась. Она всегда любила быть в центре событий и помогать, особенно когда речь шла о таких «драматических» жизненных ситуациях.

— О, проходи, Галю! Что у тебя случилось? Или праздник какой?

— Валя, выручай, а то свет не мил, — начала Галина, опустив глаза, будто чувствовала за собой какую-то вину. — Надо мне в Киев, в ресторан к сватам ехать. Дочку мою замуж берут. А наряда приличного у меня — кот наплакал! Только старенький сарафан да пальто, которому уже сто лет в обед. Вот и думаю… может, у тебя что-нибудь найдётся на мой размер?

Хозяйка аж всплеснула руками, а её глаза засияли настоящим стилистическим энтузиазмом.

— Да это же святое дело! Подожди-ка, я сейчас тебе такой гардероб подберу — себя не узнаешь. У меня есть одно чудесное изумрудное платье, как раз на твою фигуру. А туфли? Нет-нет, свои сапоги оставляй дома, я тебе аккуратные туфельки на каблуках дам. Ну и причёску сделаем обязательно. Завтра приходи с утра: волосы накрутим, макияж наведём. Ты у меня будешь как голливудская звезда с обложки журнала, вот увидишь! Пусть те городские сваты просто ахнут.

Вечером накануне поездки, стоя перед большим зеркалом в доме Валентины, Галина не узнавала собственного отражения. Глубокий изумрудный цвет платья идеально подчёркивал её ясные голубые глаза, а мастерски уложенные локоны делали её моложе как минимум на десять лет. Даже Надежда, которая всегда любила вставить острое словцо, искренне восхитилась, когда забежала посмотреть на подругу.

— Галю, ты что творишь?! Ты же их там всех затмишь! Говорю как есть: ты сейчас будто артистка с телевизора. Главное, помни — держи спину ровно. И улыбайся! А если что-то пойдёт не так, покажи тем сватам, что мы тут себя уважать умеем.

Несмотря на все эти подбадривания, Галина страшно нервничала. Все её мысли крутились только вокруг того, как она будет выглядеть в глазах родителей Артёма. Хоть сам юноша и казался душевным человеком, его семья пугала Галину своим городским лоском, который в её глазах казался непреодолимой стеной.

Наконец настал вечер встречи. Ресторан «Хрустальный Сад», куда такси привезло Галину, оказался невероятно роскошным. Зал был ярко освещён массивными хрустальными люстрами, на идеально белых скатертях поблёскивали бокалы, тонкие, словно сделанные из ледяной корки. От этой изысканности, тихой классической музыки и запахов дорогих духов у Галины слегка закружилась голова.

Овладев собой, она подошла к заказанному столику. Однако, к её огромному удивлению, среди гостей, которые оживлённо что-то обсуждали и смеялись, она не увидела ни одного знакомого лица — ни Люды, ни Артёма.

— Добрый вечер, — неуверенно обратилась Галина к мужчине, сидевшему с краю. — Простите, это столик семьи Артёма? Мне сказали, что здесь меня должны ждать Виктория Николаевна и Олег Петрович…

Мужчина поднял на неё взгляд, полный лёгкого удивления, а потом улыбнулся:

— Виктория Николаевна? А, это вы, наверное, Галина Григорьевна. Да-да, нас сюда пригласила Виктория. Сказала, что именно вы будете главной хозяйкой этого вечера. Всё уже оплачено, так что присаживайтесь, не стесняйтесь!

Галина остолбенела. Её рука автоматически сжала сумочку, где лежало всего несколько сотен гривен на обратный билет в село.

— Какая оплата? Какая хозяйка вечера? Что это за шутка такая? — молнией промелькнула паническая мысль.

Но вслух она ничего не сказала. Лишь натянуто улыбнулась, осторожно присела на краешек мягкого стула и попросила официанта принести стакан обычной воды. Тем временем совершенно незнакомые ей гости продолжали громко смеяться, обсуждая гастрономические изыски ресторана, оставляя растерянную женщину совершенно вне своей беседы. Её мысли путались, а сердце колотилось в груди так сильно, что казалось, это слышат все вокруг.