Бандиты приехали забрать овчарку, которую сами же выбросили на снег. Они горько пожалели, когда увидели, кто теперь её охраняет…

На бортах этого старого микроавтобуса не было никаких рекламных логотипов или надписей, только потрёпанный тёмный металл и полная, зловещая тишина. Пульс Ильи не участился ни на удар, напротив — он парадоксально замедлился. Старые, въедливые военные инстинкты, отточенные до абсолюта, полностью взяли контроль над его телом и сознанием.

Он внимательно наблюдал, как из салона фургона неторопливо вышли двое крепких мужчин в толстых, неприметных куртках. Высокий то и дело очень нервно поднимал взгляд на тёмные окна дома, оценивая обстановку в ночном дворе. Другой тем временем тихо открыл задние дверцы фургона. Даже в очень тусклом, рассеянном свете уличного фонаря Илья чётко разглядел ряды пустых металлических клеток, плотно сложенных вдоль стенок.

Ветеран мгновенно достал свой смартфон и сделал несколько очень чётких снимков через стекло. Он профессионально приблизил камеру так, чтобы гарантированно зафиксировать номерные знаки автомобиля и лица непрошеных гостей. Его челюсть окаменела, когда он окончательно оценил реальную ситуацию. Потом он совершенно молча, не издав ни звука, обул свои тяжёлые тактические ботинки, туго затянул шнурки и накинул куртку.

— Ждать, — чрезвычайно тихо, но максимально твёрдо, по-командирски приказал он Надежде.

Овчарка тихо, встревоженно заскулила, тонко чувствуя его напряжение. Но она беспрекословно послушалась, ещё теснее прижавшись к своим беззащитным малышам. По лестнице старого подъезда Илья спускался как настоящая невидимая тень. Каждый его шаг был математически выверенным и абсолютно бесшумным.

Годы изнурительной службы никуда не исчезли, они не растворились в гражданской жизни. Они просто отошли на задний план его сознания, годами терпеливо ожидая именно такого решающего момента. Снаружи колючий морозный воздух ударил ему в лицо ледяной волной, но в состоянии адреналинового фокуса он этого даже не почувствовал.

Илья незаметно нырнул за припаркованный соседский легковой автомобиль и напряг слух. Высокий мужчина, с небрежной русой щетиной и в глубоко надвинутой на глаза чёрной шапке, очень агрессивно спорил с кем-то по телефону. Его голос был приглушённым, но чрезвычайно раздражённым. Второй, заметно ниже ростом, но шире в плечах, постоянно озирался по сторонам, словно загнанный зверь.

Из их ртов вырывались густые облака тёплого пара. Они выглядели как люди, занимавшиеся этим грязным бизнесом далеко не первый год. Максимально осторожные, но при этом слепо самоуверенные в собственной безнаказанности. Они искренне верили, что в этом большом городе никому нет дела до их поступков.

— Ты на сто процентов уверен, что это именно здесь? — глухо пробормотал высокий, пряча телефон в карман.

— Да, — отрезал низкий. — Главный чётко сказал, что местные торгаши видели здесь одну из наших беглянок. Она стоит очень хороших денег. Забираем её и тех мелких щенков тоже. Этот местный тип не будет нам сопротивляться. Никто и никогда не сопротивляется, когда видит сталь.

Выражение лица Ильи не изменилось ни на йоту, но его холодный разум полностью сфокусировался на одной-единственной цели. Он совершенно бесшумно, используя слепые зоны, обошёл дом вдоль самой стены, оказавшись у них прямо за спиной. И замер в каменном ожидании. Высокий достал из-под своей куртки тяжёлый металлический лом и сделал первый шаг к тёмному подъезду.

Именно в этот момент Илья вышел из густой тени.

— Вы очень сильно ошиблись адресом.

Оба злоумышленника мгновенно, словно поражённые током, замерли. Низкий обернулся первым; его глаза комично расширились от неожиданности, когда он увидел боевую стойку Ильи. Она была абсолютно спокойной, идеально сбалансированной и пугающе неподвижной. В самой позе ветерана было что-то настолько первобытное, что явно не принадлежало обычному прохожему.

— Ты ещё кто такой, чёрт тебя побери? — злобно огрызнулся высокий, крепче перехватывая железяку.

— Тот, кому окончательно надоели такие подонки, как вы, — ледяным, ровным тоном ответил Илья.

Мужчина презрительно скривился и сделал агрессивный шаг вперёд.

— Слушай сюда очень внимательно, умник. Шёл бы ты своей дорогой, пока цел.

Илья демонстративно промолчал. Когда вор с руганью размахнулся тяжёлым ломом, ветеран среагировал с молниеносной скоростью. Это было смазанное для глаза движение, идеально отточенное годами жёстких тренировок. Илья жёстко перехватил запястье нападавшего, резко, применяя рычаг, выкрутил его. Металлическая железяка с громким лязгом улетела в глубокий снег.

Второй мужчина с криком бросился на него сбоку, но Илья профессионально использовал массу и инерцию нападавшего против него самого. Короткая, сокрушительная подсечка — и злоумышленник с невероятно тяжёлым грохотом рухнул спиной на ледяной асфальт, выбивая из лёгких воздух. Высокий отшатнулся назад, инстинктивно хватаясь за болезненно вывихнутую руку.

— Тебе точно конец! — злобно выплюнул он, крюкообразно тянуясь свободной рукой к глубокому карману.

Илья ударил тяжёлым ботинком на опережение, попав точно в нервный узел локтя. Выкидной нож, который бандит даже не успел открыть, звонко скользнул по льду далеко в сторону, под колёса машин. Ветеран сделал шаг вперёд и жёстко, бескомпромиссно прижал мужчину лицом к холодному металлу их же фургона, заломив руку за спину.

— Больше ты никогда и никого не обидишь, — очень тихо, прямо на ухо сказал ему Илья. Его собственное дыхание было совершенно ровным. — Ни её. Никого другого в этом городе.

Именно в эту драматическую секунду тёмную улицу ярко осветили сине-красные проблесковые маячки. Инспектор Ткачук молниеносно выскочил из патрульной машины. Он крепко держал руку на расстёгнутой кобуре, а его громкий, поставленный голос уверенно рассёк ночную тишину.

— Полиция! Всем оставаться на местах! Руки так, чтобы я их видел!

Низкий злоумышленник, кряхтя, попытался подняться и убежать в тёмную арку. Но молодой напарник Ткачука оказался значительно быстрее, жёстко повалив беглеца на заснеженный капот патрульного авто. Высокий бандит, крепко прижатый Ильёй, лишь бессильно поднял свободную руку, тихо сыпля проклятиями сквозь зубы.

За считаные секунды вся прилегающая территория была плотно оцеплена. Подъехал ещё один полицейский экипаж, и слепящие фары безжалостно разрезали снежную темноту, не оставляя преступникам ни единого шанса.

— Кравченко! — громко окликнул Ткачук, сразу узнав невозмутимого ветерана. — Снова вы в эпицентре.

Илья отпустил бандита, передавая его патрульным, и медленно выдохнул, расправляя широкие плечи.

— Я же сразу говорил вам, что эти люди обязательно вернутся.

— Похоже, вы были абсолютно правы, — ответил полицейский, давая знак надеть наручники. — Обещанные фото есть?