Пес запрыгнул в гроб к полицейскому и не подпускал людей! Причина заставит вас плакать…

Внутри склад проглотил их целиком. Их шаги эхом отдавались от бетонного пола, а в холодном воздухе стоял стойкий запах старого масла, пыли и сырости. Рычание Рекса разрезало тишину. Собака была словно оголённый провод — напряжённая, готовая к прыжку.

А потом раздался звук. Одинокий металлический щелчок.

Михаил замер. Рекс резко залаял и бросился в сторону сложенных деревянных ящиков, именно в тот миг, когда из темноты вырвалась ослепительная вспышка. Выстрелы.

Данилюк молниеносно оттолкнул Рекса с линии огня и сам нырнул за бетонную опору. Его сердце бешено колотилось.

— Стрельба! Запрашиваю экстренное подкрепление! — крикнул он в рацию на плече.

Но не успел он закончить фразу, как за ящиками прогремел второй взрыв — сработала заложенная ловушка.

Мощная ударная волна прокатилась по складу, сбив Михаила с ног. Рекс жалобно заскулил, когда бетонная крошка и обломки дерева разлетелись во все стороны, а густой едкий дым мгновенно заполнил пространство. Данилюк попытался подняться, сильно кашляя. В глазах темнело.

Стрелок, скрывавшийся за контейнерами, выстрелил снова. Михаил качнулся назад, хватаясь рукой за грудь.

Рекс мгновенно бросился к нему, оскалив клыки, готовый разорвать нападавшего на куски. Но преступник уже растворился в густом дыму, воспользовавшись хаосом.

Последнее, что прошептал Данилюк, едва слышно вздохнув:

— Рекс… стой. Оставайся здесь.

Но собака не слушала. Она прижалась всем телом к Михаилу, скуля, толкая его носом в лицо, умоляя подняться. Однако старший лейтенант больше не двигался. В огромном пустом ангаре воцарилась тишина, которую нарушал лишь отчаянный плач собаки.

Когда на место прибыли первые экипажи подкрепления, Рекс всё ещё был там. Он стоял на страже возле тела своего напарника и глухо рычал, не подпуская к нему ни одного человека, даже медиков скорой помощи. Они ещё не знали главного: это не было случайностью. Это не была перестрелка с обычными ворами. Рекс видел лицо того, кто держал оружие.

Новость о гибели Михаила Данилюка пронеслась по городскому управлению полиции, как разрушительная взрывная волна. Офицеры, которые годами работали с ним плечом к плечу, бродили по коридорам словно в тумане, не в силах осознать, как рутинный вызов мог превратиться в смертельную засаду. Кто-то пустым взглядом смотрел в мониторы, другие нервно мерили шагами кабинеты, сжимая кулаки. Но всех объединяло одно чувство — вина.

Следователь Игорь Гармаш с силой хлопнул папкой по столу.

— Почему его отправили туда одного?! — прогремел он. — Вызов на «Днепровскую мануфактуру» посреди ночи! Он не должен был ехать туда без поддержки!

Никто не ответил. В противоположном углу кабинета оперативник Романенко устало потёр лицо, его голос дрожал:

— Он просил подкрепление. Но сигнал дошёл до диспетчерской с опозданием… Или кто-то просто проигнорировал его.

Эти слова тяжело повисли в прокуренном воздухе кабинета.

Тем временем Рекс лежал в углу комнаты отдыха дежурной части. Его завернули в специальное термоодеяло из фольги, но он отказывался от еды и воды. Его густая шерсть всё ещё была покрыта серым пеплом от взрыва. Каждый раз, когда кто-то приближался к нему, собака опускала голову и издавала тихое, надломленное поскуливание. Коллеги, пытавшиеся его утешить, чувствовали, как разрывается их собственное сердце от этой картины.

— Вы только посмотрите на него, — прошептал Мельник. — Он не сдвинулся с места с тех пор, как его сюда привезли.

— Собаки тоже чувствуют утрату, — тихо ответил кто-то.

— Но это… это что-то глубже.

Некоторые опытные полицейские уже начали подозревать, что Рекс тогда, утром, пытался предупредить Михаила. Они вспоминали напряжённое поведение овчарки. То, как собака рычала на тени. И то, как неотрывно смотрела на капитана Ковальчука во время инструктажа.

Сам Ковальчук сейчас сидел в одиночестве в конце коридора, глядя в пластиковый стаканчик с холодным кофе. Его лицо было бледным, как мел.

— Он постоянно таращился на меня, — едва слышно пробормотал капитан, хотя рядом никого не было. — Словно он что-то знал.

Управление внутренней безопасности немедленно начало служебное расследование, но каждый полученный ответ порождал лишь новые вопросы. Почему Данилюк пошёл внутрь, не дождавшись помощи? Почему стрелок исчез, не оставив никаких следов, зная планировку складов лучше полиции? И почему Рекс, самая дисциплинированная собака во всём подразделении, казался таким испуганным ещё до вызова?

Полковник Воронов собрал весь личный состав для короткого, мрачного объявления.

— Завтра на Байковом мы прощаемся с Данилюком, — тихо, но твёрдо сказал начальник управления. — Однако это расследование далеко от завершения. Что-то в той ночи категорически не сходится.

Люди кивали, но ещё никто не догадывался, что главная подсказка скрывалась не в бумагах и не в гильзах. Она была в Рексе. И совсем скоро непонятное поведение собаки на похоронах укажет им на правду, гораздо более тёмную, чем кто-либо мог представить.