Хитрая провинциалка шла по головам ради миллионов и почти получила своё. Но одно предложение в завещании заставило её рыдать от отчаяния…

Немногим в этом мире дано слепо и безоговорочно идти за своей мечтой, совершенно не обременяя себя выбором средств для достижения цели. Если бы судьба действительно раздавала эти специфические качества ещё при рождении, то первой в очереди за ними, без сомнения, стояла бы Маргарита. Или, как она сама требовала называть себя ещё со старших классов — Марго.

С ранних лет девочка чётко знала: у неё будет всё, о чём только можно мечтать. Для этого достаточно лишь сильно захотеть. По одному лёгкому взмаху её изящного пальчика школьные ухажёры покорно носили за миниатюрной красавицей тяжёлый рюкзак. А самые романтичные юноши их посёлка сломя голову мчались на другой конец городка, чтобы достать для неё любимое фисташковое мороженое.

Её мать, Надежда Лукинична, искренне не могла понять, откуда у дочери взялись такие барские замашки. Сама она была женщиной простой, привыкшей довольствоваться малым и никогда не хватала звёзд с неба. Всю свою сознательную жизнь Надежда проработала в цеху на предприятии «КиевПтицеПром». Монотонный, физически изнурительный труд на конвейере вытягивал все жилы. Нередко, вернувшись домой после тяжёлой смены, женщина просто падала на кровать и засыпала прямо в одежде, не имея сил даже разуться.

На воспитание дочери у неё элементарно не хватало ни свободного времени, ни жизненной энергии.

Рита росла без отца. Он преждевременно ушёл из жизни из-за тяжёлой болезни много лет назад, оставив семью на произвол судьбы. Поэтому единственной настоящей подругой и наставницей в детстве для девочки стала её бабушка, Зинаида Яковлевна.

Эта пожилая женщина свято верила, что её предки происходят из знатного галицкого рода, поэтому вела себя так, будто была как минимум британской королевой, которую волей судьбы занесло в обычный украинский посёлок городского типа где-то под Фастовом.

Несмотря на то, что бабушка уже балансировала на грани возрастных изменений сознания, она до безумия обожала женские любовные романы. Именно она привила эту страсть маленькой Рите. Читая о роскошных балах, дорогих платьях и состоятельных графах, девочка мысленно примеряла на себя статус светской львицы. Так, шаг за шагом, обычный ребёнок превращался в капризную, расчётливую особу, для которой моральные принципы были лишь пустым звуком.

Повзрослев и расцветя, Марго уже вовсю крутила местными мужчинами так, как ей вздумается. Но главная проблема заключалась в том, что в их провинциальном посёлке и крутить-то особенно было не кем. Один любил заглядывать в рюмку, другой лицом не вышел, а третий едва сводил концы с концами.

Мать часто вздыхала, глядя на дочь:

— Да прекрати ты уже этими глупостями заниматься, Марго! А то так и просидишь весь свой век в девках, дожидаясь принца. Молодость, как и красота, ой как быстро проходят, дочка! Не успеешь и глазом моргнуть.

— Так где же мне их взять, этих нормальных мужчин? — огрызнулась Рита, накручивая на палец прядь идеально уложенных волос. — Я что, виновата, что вокруг одни только неудачники да нищета остались?

— А ты присмотрись к нашему Грицьку! Парень уже сколько лет за тобой по пятам ходит. Все пороги нам обил, цветы носит… Любит он тебя, поверь моему жизненному опыту, — ласково посоветовала Надежда Лукинична.

Рита лишь презрительно фыркнула, скривив свои идеально накрашенные губы:

— Зачем мне сдался этот Гриня? С его копеечной зарплатой водителя ассенизатора на коммунальном предприятии? Я, мамочка, к такой жизни не приучена. Не мой это уровень. Уж лучше я окручу нескольких состоятельных столичных бизнесменов и буду жить в роскоши, как королева.

— Ох, смотри, дочка, накличешь ты беду на свою голову! Негоже по чужим постелям прыгать да за дорогие тряпки свою молодость продавать… Они же там, в столице, наверное, все женатые? — грустно и с тревогой произнесла мать.

— Ну, не без этого, мамуля. Но разве это проблема? Вот взять хотя бы Олега! Да, на десять лет старше. Но разве это сейчас разница для успешного мужчины? Зато у него три большие точки с одеждой на вещевом рынке и ещё пара элитных автомастерских на Кольцевой дороге. Вот так-то… А ты мне про своего Грицька рассказываешь, — самодовольно ответила Рита, гордясь собственной смекалкой.

Надежда Лукинична уже давно махнула рукой на воспитание дочери. А что тут поделаешь, когда у девушки своя, совершенно искажённая правда жизни? Рита, чтобы хоть немного успокоить расстроенную мать, пообещала, что возьмётся за ум, переедет в город и найдёт приличную работу.

Но на самом деле в голове юной интриганки зрели совсем другие, куда более амбициозные планы. Мысль о состоятельном Олеге засела в её мозгу, как острая заноза.

— Ничего, мама. Я ещё выбьюсь в люди, вот увидишь, — шептала Рита, собирая свои лучшие вещи в большой чемодан.

На следующее утро она попрощалась с матерью, сухо бросив, что отправляется в Киев строить новую, успешную жизнь. Надежда Лукинична по старой привычке перекрестила её в дорогу и дала с собой сумку с домашней едой.

— Лети, моя ласточка, лети выше солнца… Всего ты в этой жизни добьёшься, лишь бы только крылья тебе раньше времени не подрезали, — прошептала женщина вслед дочери, украдкой смахивая горькую, жгучую слезу.