На вокзале его встречала не невеста, а какая-то нищенка с ребёнком… Военный замер: «ТЫ КТО ТАКАЯ?!»
Ольга Николаевна схватилась за сердце, но Назар был непреклонен.
— Ты поступила максимально подло и низко. Неужели ты не понимаешь, что из-за твоих амбиций моя жена с моим сыном попрошайничали на вокзале?! Ты разрушила мою жизнь и жизнь Оксаны. Больше ноги моей не будет в вашем доме. С вами, дорогие родители, я прощаюсь. Больше не приеду и знать вас не хочу.
С этими тяжёлыми словами он вышел, громко хлопнув дверью. Он понимал, что сказал это в состоянии сильного аффекта и праведного гнева, но теперь действительно намеревался узнавать о здоровье родителей лишь через общих знакомых. Предательство, даже со стороны самых родных людей, простить труднее всего. И, возможно, пройдут годы, прежде чем он сможет это отпустить.
Уходя из родного двора, Назар остановился на старом мосту через реку Унаву. Отсюда он в детстве часто смотрел на красные закаты, а позже гулял здесь со своей любимой. Он достал из нагрудного кармана старенькую фотографию Оксаны, которую все эти годы тайком носил у сердца. На обороте мелкими буквами было выведено: «Ты мой свет».
Назар нежно погладил фотографию большим пальцем и тихо, в самую пустоту, прошептал:
— Мать была катастрофически неправа. Но я отпускаю эту обиду. Я прощаю её, потому что не хочу нести эту чёрную боль в свою новую семью.
Через год Назар, приехав в очередной отпуск, наконец нашёл своего бывшего друга Руслана. Встреча состоялась на заднем дворе гаражного кооператива. Увидев крепкого десантника, Руслан мгновенно побледнел, его колени задрожали.
— Как ты мог так жестоко поступить с Оксаной? — глухо, едва сдерживая ярость, спросил Назар. — Ты же прекрасно знал, что мы любим друг друга. Ты же называл себя моим братом!
Руслан, потеряв остатки достоинства, упал на колени и начал жалко просить прощения, закрывая лицо руками.
— Прости, Назар! Умоляю, не бей! Бес попутал! — скулил он. — Сам не знаю, как я на такое пошёл. Она давно мне нравилась… И тебе я страшно завидовал, что ты отхватил себе такую красавицу и умницу. Сколько раз парни звали её в кино или на кофе, а она всем отказывала. Только тебя и ждала. Вот меня чёрная зависть и сожрала изнутри!
Немного придя в себя, Руслан добавил то, что Назар и так знал, но хотел услышать лично.
— Да и мать твоя тоже хорошо постаралась… — пробормотал Руслан, отводя взгляд. — Ведь это именно она предложила мне эту дьявольскую идею.
Ольга Николаевна была влиятельной «шишкой» в городском совете. Её уважали за твёрдый, мужской характер и деловую хватку, но за глаза часто шептались о её чрезмерной жестокости. Она привыкла держать всё под тотальным контролем — будь то масштабные строительные проекты в городе или личная жизнь единственного сына.
Для неё критически важно было, чтобы Назар соответствовал её завышенным стандартам. Ведь она всегда считала, что его успех будет прямым идеальным отражением её собственных усилий как матери. Ольга Николаевна просто не терпела никаких возражений. Она привыкла решать все проблемы быстро и жёстко, совершенно не считаясь с чувствами других людей.
В тот роковой день, четыре года назад, Ольга Николаевна лично пригласила Руслана в свой кабинет якобы на чашку чая, под предлогом благодарности за какую-то мелкую помощь с документами. Парень, чрезвычайно польщённый вниманием такой уважаемой женщины, с удовольствием принял приглашение.
— Руслан, послушай сюда, — начала чиновница деловым тоном после короткого разговора о пустяках. — Ты же прекрасно знаешь Оксану?
— Конечно, знаю, — ответил он, стараясь скрыть внезапную неловкость.
Ольга Николаевна внимательно, словно рентгеном, просканировала его взглядом.
— Знаешь, я уже давно, как мудрая женщина, заметила, что она тебе очень небезразлична. Я ведь права?
Руслан напрягся и быстро ответил, пряча глаза:
— Не понимаю, о чём вы, Ольга Николаевна.
— Не скромничай, мальчик мой, — с хитрой улыбкой сказала она, подливая ему чаю. — Я же вижу, как именно ты смотришь на неё, когда Назар не видит.
Руслан промолчал, но его смущённый вид говорил сам за себя.
— А если я скажу, что у тебя есть реальный шанс? — добавила она, наклонившись ближе и понизив голос.
— Шанс? — переспросил парень, сглатывая слюну.
— Отбить её у Назара, — прямо, без лишних прелюдий сказала Ольга Николаевна. — Она ему совершенно не пара. Девица из бедной семьи, без отца и совсем без перспектив. А ты — амбициозный, смелый, хитрый парень. Ты сможешь её очаровать.
Руслан недоверчиво смотрел на женщину, не понимая её мотивов.
— Но зачем вам это нужно? Какой ваш интерес?
Ольга Николаевна слегка, презрительно усмехнулась.
— Я мать, Руслан. Я хочу, чтобы мой сын сделал правильный выбор. А эта Оксана — просто его юношеская ошибка. Назар слишком ослеплён гормонами, чтобы это увидеть. Но ты можешь помочь мне открыть ему глаза.
Руслан колебался. С одной стороны, такое предложение от матери друга было постыдным, но с другой — он всю жизнь мечтал утереть нос идеальному Назару.
— И что конкретно я должен сделать? — спросил он, сжав кулаки от волнения.
— Скомпрометируй её, — холодно, словно давая рабочее поручение, произнесла чиновница. — Сделай так, чтобы Назар увидел: она совсем не та святая невинность, за которую себя выдаёт. И не бойся никаких последствий. Если что-то пойдёт не так, я тебя прикрою по всем фронтам. У меня везде есть свои люди.
Руслан замер, переваривая услышанное. Искушение было слишком велико.
— Хорошо. Я сделаю это, — коротко ответил он.
Когда парень вышел из кабинета, Ольга Николаевна с облегчением откинулась на спинку кожаного кресла. Её гениальный план был запущен в действие, и она не сомневалась, что вскоре навсегда избавится от этой ненавистной нищенки.
Возвращаясь к реальности на заднем дворе гаражей, Назар с отвращением посмотрел на Руслана, который всё ещё стоял на коленях.
— Я бы очень хотел размазать тебя по этому асфальту, — тихо, но страшно сказал Назар. — Но я не хочу пачкать об тебя руки. Ты сам себя наказал своей низостью. Жизнь тебе всё вернёт.
И он просто развернулся и ушёл прочь.
