Владелица элитного бутика вдруг прошептала: «Не выходи и молчи» — через минуту я поняла почему…

Я вела машину по ночному Киеву, словно блуждая в густом, непроглядном тумане. Улицы были абсолютно пустыми, уличные фонари сливались в бесконечные желтые полосы, бившие по глазам. Родной дом в Козине встретил меня мертвой темнотой и гнетущей, враждебной тишиной.

Я медленно поднялась по дубовой лестнице в свою спальню и просто рухнула на широкую кровать прямо поверх шелкового покрывала. В одежде. Я лежала неподвижно, вглядываясь в темный потолок, и в моей голове пульсировали слова Давида.

«Три вещи. Каждая хуже предыдущей». Что такого ужасного мог натворить этот идеальный, вылизанный Денис? Насколько глубокой и черной была эта пропасть, над которой мы все стояли?

Часы ползли нестерпимо, мучительно медленно. Полночь. Час ночи. Два. В какой-то момент абсолютное нервное истощение взяло верх над адреналином, и я провалилась в тревожную, поверхностную и рваную дрему, полную кошмаров.

Когда мой смартфон резко и громко завибрировал на прикроватной тумбочке, за окном уже едва заметно серело.

Я судорожно схватила телефон.

Время на экране: 05:47 утра.

Короткое сообщение от Давида Романенко.

«Нашел их подставную компанию. ООО „Каскад-Капитал“. Зарегистрирована на анонимные офшорные счета на Кипре. Все гораздо хуже и масштабнее, чем вы даже могли представить».

Я резко села на смятой кровати, чувствуя, как сердце бешено, словно птица в клетке, колотится в груди.

ООО «Каскад-Капитал». То самое проклятое название, которое Денис так буднично произносил за тонкой стеной примерочной в свадебном салоне. Давиду понадобилось меньше девяти часов, чтобы распутать этот искусный клубок и найти их офшорный след. Я неотрывно смотрела на экран смартфона, и буквы расплывались перед глазами.

«Гораздо хуже, чем вы думали».

Господи… куда уж может быть хуже?

Давид Романенко прибыл в усадьбу ровно в два часа дня, держа в своих крепких руках потертый кожаный портфель, который, казалось, весил целую тонну.

София Гайдай уже ждала внутри, меряя шагами мой рабочий кабинет. Рядом с ней, напряженно выпрямившись, сидел Григорий Макарович — ему было шестьдесят пять, он был полностью седой, бывший сосед моего Тараса по студенческому общежитию и наш бессменный, самый верный старший партнер на протяжении последних двух десятилетий.

Воздух в комнате казался настолько густым и тяжелым, что его можно было резать ножом.

Давид молча, не здороваясь, подошел к моему массивному дубовому столу, положил на него свой портфель, громко щелкнул металлическими замками и достал три обычные картонные папки. Красную. Синюю. И черную.

— Начнем с красной, — ровным, безэмоциональным голосом сказал детектив.

Я дрожащими, ледяными пальцами открыла плотную обложку.

Папка номер один. Красная.

Внутри лежала большая, качественная цветная фотография. На ней идеально одетый Денис Палий пожимал руку высокому, крепкому мужчине с тяжелым взглядом, одетому в темный спортивный костюм и кожаную куртку. Снимок был сделан тайком, где-то на тускло освещенной подземной парковке в центре Киева. В углу светилась дата — 24 апреля.

— Это Артур Волк, — коротко пояснил Давид. — Правая рука криминального авторитета, который контролирует крупнейшую сеть подпольных, нелегальных VIP-казино по всей стране. Люди, которые не знают слова «жалость».

Я подняла на него полный ужаса взгляд, чувствуя, как в жилах буквально стынет кровь.

— Сколько Денис ему должен?

— Два с половиной миллиона долларов.

В кабинете повисла мертвая, звенящая тишина. Григорий Макарович дрожащими руками снял свои очки и начал нервно, раз за разом, протирать их платком.

— Ваш будущий зять играет по-крупному с самого начала две тысячи девятнадцатого года, — безжалостно продолжил следователь. — Нелегальные, закрытые турниры по покеру. Огромные, неконтролируемые ставки на спорт у теневых букмекеров. Он увяз в этом болоте по самые уши.

Давид достал из красной папки распечатку банковской выписки, испещренную цифрами.

— Пятнадцатое марта этого года. Международный банковский перевод. Триста тысяч долларов с личного счета Дениса на очередную офшорную компанию на Сейшельских островах. Это был лишь авансовый платеж для Волка. Но этой суммы критически недостаточно, чтобы покрыть основной долг. Этих денег хватило только на то, чтобы купить себе немного времени и не оказаться в лесу.

Он выложил на полированную поверхность стола еще две фотографии. Снова Денис и Артур Волк. Разные локации: летняя площадка ресторана на набережной, какая-то заброшенная промзона. Даты: май, начало июня. Напряжение на лице Дениса на этих кадрах было очевидным.

А потом детектив положил скриншот текстового сообщения. Номер принадлежал Волку.

«Дедлайн 30 июня. Никаких отсрочек. Не будет денег — не будет тебя».

— Если Денис Палий не заплатит всю сумму до конца июня, — тихо, но весомо резюмировал Давид, — он просто не доживет до июля. Эти люди никогда не прощают таких долгов.

Я неотрывно смотрела на разложенные фотографии. Мой будущий зять. Мужчина, с которым моя Христина собиралась связать свою жизнь и родить ему детей, пожимал руку откровенному бандиту, который мог уничтожить его одним щелчком пальцев.

— То есть, — мой голос жалко сорвался на хрип. — Он крадет мою компанию… чтобы расплатиться с подпольными казино?

— Именно так, — жестко кивнул Давид.

Он протянул свою большую руку и открыл вторую папку. Синюю.

— ООО «Каскад-Капитал», — детектив положил на стол официальный выписку из реестра. — Зарегистрировано десятого марта этого года через кипрскую юрисдикцию. Двое конечных бенефициаров. Денис Палий и Христина Марченко.

Мой желудок болезненно сжался в тугой, ледяной узел.

Давид вытащил еще один белый лист. Это была распечатка электронного письма. Отдельные строки были ярко выделены желтым маркером.

От кого: Денис Палий.

Кому: Мартин Бойко, генеральный директор «Авангард Консалтинг» (наш самый прямой, самый агрессивный и самый беспринципный конкурент).

Тема: Клиентская база Марченко + финансовая отчетность за Q1.

Дата: 14 апреля.

Я начала читать текст письма, и буквы прыгали перед глазами: «Файлы во вложении. Остальная полная база данных будет доступна сразу после подтверждения поглощения. Переведите 500 000 долларов на счет ООО „Каскад-Капитал“ согласно нашей договоренности».

Мне показалось, что в просторном кабинете вдруг исчез весь кислород. Я физически не могла дышать, хватая воздух ртом.

— Денис продал вашу конфиденциальную клиентскую базу, — голос Давида бил, как тяжелый кнут. — И ваши главные финансовые секреты вашим заклятым конкурентам. За жалкие полмиллиона долларов.

Григорий Макарович резко подался вперед, его морщинистое лицо налилось багрянцем от неконтролируемого гнева.

— Я знал, что там творится что-то не так! — воскликнул он, изо всей силы ударив кулаком по дубовому столу. — Я чувствовал это нутром, но просто не мог доказать документально!

Давид молча, как крупье, выложил еще три подшитых документа.

— Завод «ТехПром». Денис намеренно слил их конфиденциальную стратегию конкурентам. Вы навсегда потеряли ежегодный контракт на два миллиона.

— «Агрохолдинг Запад». Денис сознательно и методично сорвал сроки сдачи критического аудита. Полтора миллиона потерянной прибыли.

— Инвестиционный фонд «Гавань». Денис предоставил им заведомо ложные финансовые рекомендации, которые стоили фонду пяти миллионов убытков. Они подали на вас в суд. Вы были вынуждены подписать мировое соглашение и выплатить миллион двести тысяч штрафа.