Спасая незнакомца на шумной улице, она опоздала на собеседование! Но, переступив порог офиса, просто замерла…

— У меня есть одна мечта, мама, — прошептала девочка, сладко потягиваясь и зевая так, что аж слёзы выступили на глазах. — Я часто представляю, как мы с тобой сидим в красивом кафе, где играет музыка, и едим огромное мороженое. С сиропом, орешками и той красной вишенкой сверху. Вместе.

— О, ну это очень лёгкая мечта, — улыбнулась Валерия, хотя внутри всё предательски сжалось от боли. — Как только мама получит эту работу, мы будем ходить в кафе-мороженое хоть каждые выходные. Обещаю тебе, зайчик.

Тася счастливо улыбнулась и почти мгновенно погрузилась в глубокий, беззаботный детский сон. Лера ещё долго сидела на краю кровати, наблюдая за ровным дыханием дочери. Острое чувство вины медленно съедало её изнутри. Сейчас она не могла позволить себе купить ребёнку даже обычный шарик мороженого за сто гривен в парке. Она ненавидела себя за то, что заставляет Тасю ждать таких элементарных, простых радостей жизни.

На следующее утро Валерия проснулась на рассвете, когда солнце ещё только касалось крыш подольских домов. Она была твёрдо настроена сделать этот день продуктивным. На остатках молока она замесила тесто и нажарила целую гору золотистых, пышных блинчиков — любимого блюда Таси. Их съёмная квартира была совсем скромной: со старыми обоями, которые кое-где отклеивались, и скрипучим паркетом, выдававшим каждый шаг. Но сейчас это жильё было наполнено спокойствием и полным отсутствием страха, а это значило для Валерии больше всего.

После сытного завтрака они неспешно прогулялись до ближайшей детской площадки. Тася весело заливалась смехом, играя в песочнице, пока Валерия наблюдала за ней, чувствуя, как крепнет её решимость. Побег из Белой Церкви был единственно правильным шагом. Если бы она осталась там, Вадим превратил бы их жизнь в бесконечный ад, преследуя на каждом шагу, а мама Людмила ежедневно бы упрекала, заставляя «сохранять семью». Здесь, в большом городе, она наконец стала хозяйкой собственной судьбы.

Лера почти ничего не знала о семье своего покойного отца. Виктор когда-то вскользь, с явной болью в голосе, упоминал, что его родители категорически не одобрили брак с «простой девушкой из народа» Людмилой. После свадьбы они полностью разорвали любые контакты с сыном. Валерия даже не знала, живы ли ещё её дедушка и бабушка по отцовской линии. Но где-то глубоко в душе ей всегда хотелось их найти — не ради денег, а чтобы просто заглянуть им в глаза и понять, как можно было отказаться от собственного ребёнка.

Следующим вечером она тщательно готовилась к перенесённому собеседованию. Это был её реальный, возможно, последний шанс закрепиться в столице. Вариант провала даже не рассматривался — на карте оставались считаные копейки, которых едва хватило бы на хлеб. Чтобы сэкономить, она решила не ехать на метро, а села на прямой троллейбус, который медленно катился в сторону Печерска. Её желудок снова сжимался в тугой узел от волнения.

Зайдя в роскошный бизнес-центр, Валерия поднялась на нужный этаж и присела в зоне ожидания. Среди идеально выглаженных дорогих костюмов и брендовых аксессуаров других кандидатов она чувствовала себя немного чужой в своей простой белой блузке. Она нервно разглаживала складки на юбке, борясь с приступами неуверенности. Молодая администратор вежливо указала ей на массивную дубовую дверь.

— Ваша очередь, Валерия Викторовна. Руководитель ждёт вас.

Лера поднялась, сделала глубокий вдох, наполняя лёгкие воздухом, и решительно переступила порог кабинета. За огромным столом из красного дерева сидел солидный пожилой мужчина. У неё буквально отвисла челюсть от удивления — за столом сидел Станислав! Тот самый мужчина, которого она спасла от приступа на раскалённом тротуаре.

— Добрый день, я… пришла на собеседование, — произнесла она, чувствуя, как голос предательски дрожит.

Лицо Станислава вмиг озарила искренняя, невероятно тёплая улыбка, от которой в уголках его глаз появились добрые морщинки.

— Не может быть! Это вы! Какое удивительное, невероятное совпадение обстоятельств!

— Да, это я, — Лера не удержалась и облегчённо рассмеялась. Всё напряжение, сковывавшее её последние дни, мгновенно исчезло. — Как вы себя чувствуете сегодня?

— Значительно лучше, особенно теперь, когда увидел своё спасение, — тепло ответил он, указывая на удобное кожаное кресло.

— Очень рада это слышать. Итак, насчёт вакансии…

— Вы пришли пробоваться на должность заместителя руководителя отдела? — Станислав искренне удивился. — Как такую умную, добрую и быстро реагирующую девушку ещё не перехватили конкуренты?

Валерия смущённо покраснела, но в груди вспыхнул мощный огонёк надежды. Станислав казался ей удивительно человечным.

— Позволите взглянуть на ваше резюме? — спросил он, лукаво подмигнув. — Хотя, честно говоря, после того, что вы для меня сделали, я готов подписать контракт прямо сейчас.

Её сердце радостно подпрыгнуло. Она уже представляла, как они с Тасей празднуют победу. Но пока Станислав быстро пробегал глазами по строкам бумаги, выражение его лица внезапно изменилось. Он резко побледнел, его руки напряглись, крепко вцепившись в край стола.

— С вами всё в порядке? Только не говорите, что вам снова плохо! — встревоженно воскликнула Лера, уже готовая снова искать лекарства.

— Вы… вы жили в Белой Церкви, на улице Леваневского? — едва слышно, дрожащим голосом спросил он.

— Да, а откуда вы знаете? — она удивлённо моргнула, совершенно не понимая его реакции.