Спасая незнакомца на шумной улице, она опоздала на собеседование! Но, переступив порог офиса, просто замерла…
Она подняла голову и увидела неопрятного мужчину, который брезгливо кривился, хотя именно он и стал причиной аварии.
— Это вы меня толкнули вообще-то! — возмущённо отрезала она, чувствуя, как закипает гнев.
— Встала тут посреди дороги, как памятник, — продолжал насмехаться хам. — А ну освободи проход, дамочка!
Не успела Лера найти достойный ответ, как между ними неожиданно вырос высокий, широкоплечий незнакомец. В одной руке он держал спелый ананас, а другой грозно указал на пьянчужку.
— А ну быстро извинился перед девушкой, а то сейчас пожалеешь, что вообще на свет родился, — низким, абсолютно спокойным, но ледяным голосом произнёс он.
Хам оценил комплекцию оппонента и его тяжёлые кулаки. Бормоча извинения, он бросил Лере несколько купюр и быстро исчез. Этим рыцарем и оказался Вадим. Смелый, обаятельный, готовый защитить. Валерия влюбилась без памяти. Она старательно игнорировала его первые вспышки гнева, считая их проявлением «мужского характера». Но после свадьбы тревожные звоночки превратились в громкие сирены.
Однажды, когда она собиралась на день рождения к подруге Оксане, Вадим просто встал в дверях.
— И куда это мы намылились в таком виде? — спросил он тоном, не предполагавшим возражений.
— К Оксане, я же говорила тебе утром, — растерянно ответила она.
— Только не в этом платье, — отрезал он. — Ты выглядишь в нём слишком… доступно. Это неприлично для моей жены.
Лера взглянула в зеркало. Обычный красный сарафан, скромный и женственный. Но Вадим был непреклонен.
— Ты теперь замужем. С вечеринками покончено. Твоё место дома.
Это было только начало. Пока он гулял с друзьями, она сидела в четырёх стенах. Даже во время беременности он не смягчился. После рождения Таси контроль стал тотальным. Она тайком брала фриланс-проекты, редактировала тексты по ночам, чтобы купить дочери фрукты получше или игрушки. А Вадим обесценивал всё, называя её труд «глупостями» и напоминая, что он — единственный хозяин в доме.
Когда заболел её папа, Виктор, Лера пыталась быть с ним каждую свободную минуту. Вадим лютовал, обвиняя её в том, что она «забросила семью ради старика». Скандалы становились всё громче, и Лера начала видеть страх в глазах маленькой Таси. Её мама, Людмила, лишь вздыхала: «Терпи, Лера. Он отец твоего ребёнка. Все так живут».
Но Лера не хотела «как все». Когда она заговорила о разводе, Вадим устроил ад. Родня отвернулась, боясь, что она не справится одна. И только отец, Виктор, за несколько дней до своего ухода, крепко сжал её руку:
— Слушай сердце, дочка. Если Вадим тянет тебя на дно — уходи. Не трать жизнь на страх. Ты сильная, ты справишься.
Эти слова стали её спасательным кругом. Она собрала два чемодана, забрала Тасю и уехала в неизвестность — в Киев, надеясь на новое начало.
Теперь, когда Валерия наконец вырвалась из той удушливой золотой клетки, настоящая любовь казалась ей чем-то далёким, почти эфемерным — красивой иллюзией, которая бывает только в кино. Предательство и постоянное психологическое давление Вадима оставили на её сердце глубокие, невидимые глазу шрамы, которые, казалось, должны были заживать целую вечность. Тем вечером, когда она заботливо укладывала Тасю спать, поправляя лёгкое одеяло, тоненький, едва слышный голосок дочери вдруг разорвал уютную тишину полутёмной комнаты.
— Мама, а ты теперь правда будешь работать в большом-пребольшом офисе? — спросила девочка, глядя на неё своими огромными, полными надежды глазками.
— Я очень на это надеюсь, моё родное солнышко, — ласково прошептала Валерия, нежно расчёсывая пальцами мягкие волосы дочери. — Сегодняшнее собеседование немного не сложилось, его пришлось перенести из-за обстоятельств, но послезавтра я попробую ещё раз. Обязательно.
— Если ты очень-очень этого хочешь, они точно тебя выберут! Ты же у меня самая умная и самая красивая! — уверенно, с той детской искренностью, которая не знает сомнений, заявила Тася.
— Я тоже так думаю, — тихо засмеялась Лера, чувствуя, как от этих слов в груди разливается настоящее тепло.
