Свекровь пожалела для меня кусок мяса за семейным столом! Она спокойно раздала гостям стейки, а мне оставила лишь объедки… Мой ответ заставил их побледнеть

Я посмотрела ему прямо в глаза.

— Вы говорили это каждым своим косым взглядом. Каждым сомнительным комплиментом. Каждый раз, когда вы рылись в моих личных вещах, ища повод унизить меня и доказать сыну мою ничтожность.

Лиля громко фыркнула, закатив глаза:

— Ты просто разыгрываешь драму на ровном месте.

Я резко повернулась к ней.

— Ты за всю свою жизнь ни одного дня не работала, Лиля. А я финансово тяну на себе этот брак уже почти год. Я оплачиваю всё, пока твой брат каждое утро врёт вам, что идёт на работу.

За столом кто-то тихо ахнул.

— Поэтому да, я считаю, что заслужила право на немного драмы, — подытожила я.

Голова Романа резко дёрнулась вверх, глаза расширились от паники.

— Анна, замолчи! — крикнул он.

— Или что? — с вызовом спросила я. — Ты потеряешь свой драгоценный имидж успешного сына? Не хочу тебя расстраивать, но сейчас все узнают правду. У тебя нет работы ещё с прошлой осени.

Теперь все взгляды за столом были прикованы исключительно к нему.

Виктория Павловна растерянно хлопала глазами, её самоуверенность куда-то испарилась.

— О чём она вообще говорит, Роман?

Он пытался что-то промямлить, но с его губ не сорвалось ни одного чёткого слова. Я подалась вперёд, опираясь руками на стол.

— Его со скандалом уволили из горсовета после грандиозной ошибки в бюджетных расчётах и налоговых накладных. Из-за него сотни предпринимателей получили неправильные квитанции, некоторым начислили огромные долги. А Роман отвечал за финальную проверку этих документов.

Я перевела взгляд на свекровь, сидевшую бледной как стена.

— Он вам ничего не сказал, потому что вы были слишком заняты тем, что критиковали мой дешёвый кофе.

— Это неправда! — быстро выпалил Роман, но его голос дрожал, и даже он сам выглядел так, будто не верил в собственные слова.

Но я уже не могла остановиться. Плотину прорвало.

— С тех пор я оплачиваю каждый счёт, каждый поход в супермаркет за продуктами. Я покрываю аренду нашей квартиры, коммуналку, обслуживание машины на СТО. А он тем временем играет в поиск работы на своём ноутбуке и тайком отправляет резюме на руководящие должности, до которых ему ещё расти и расти.

Тяжёлое, густое молчание разлилось по столу, словно разлитое машинное масло. Тётя София опустила взгляд в свою тарелку, а потом сурово посмотрела на племянника.

— Это правда? — тихо спросила она.

Роман резко вскочил из-за стола, опрокинув свою идеально выглаженную льняную салфетку.

— Это какое-то безумие! Ты просто пытаешься меня унизить перед семьёй! — воскликнул он.

— Нет, Роман, — спокойно ответила я. — Ты сделал это с собой сам. В ту самую минуту, когда сидел здесь и спокойно позволял своей матери обделить меня тарелкой еды, будто я какая-то прислуга.

Виктория Павловна со злости грохнула своим хрустальным бокалом по столу.

— Ты не имеешь права так разговаривать с моим сыном! И не смей говорить со мной так, будто я пустое место!

Я ничего не ответила. Я просто потянулась к своей объёмной сумке, стоявшей на соседнем стуле, и достала оттуда тонкую картонную папку.

Она издала глухой звук, когда я положила её на стол прямо перед Романом.

— Что это? — спросил он, с подозрением глядя на документы.

— Это заявление на развод и проект раздела имущества, — чётко произнесла я. — Я уже проконсультировалась с адвокатом. И я не собираюсь ждать твоего разрешения.

Комната снова замерла. Даже Лиля остановилась на полпути, держа вилку с салатом у открытого рта.