Он уехал, оставив мать одну — но вспомнил об одной вещи и вернулся…

Ольга физически чувствовала, как навсегда теряет невидимую связь со своим единственным ребенком. Долгими бессонными ночами она сидела на кухне и вспоминала прошлое. Вспоминала, как они с Тарасом слепо баловали малыша, как прощали ему каждую вину, позволяя абсолютно все. Теперь эти воспоминания болезненно терзали ее сердце.

— Может, я была слишком мягкой? — вслух спрашивала она в пустоте, глядя на закрытую дверь его комнаты.

Тревога переросла в настоящий страх в тот день, когда Остап пришел домой и небрежно бросил на стол новенький, дорогой мобильный телефон.

— Откуда это у тебя? — Ольга мгновенно напряглась, чувствуя неладное.

— Подарили, — глухо буркнув сын, старательно избегая ее прямого взгляда.

Она нутром чувствовала, что он лжет, что здесь кроется какая-то тайна, но не имела ни малейшего представления, как докопаться до истины. Ее материнское сердце болезненно сжималось от предчувствия беды: кем становится ее сын? В школе коллеги уже не раз осторожно намекали ей, что Остап связался с плохой компанией. Она пыталась вывести сына на откровенный разговор, но он агрессивно отрицал все. Ольга чувствовала себя абсолютно бессильной, а то страшное одиночество, которое поселилось в ее душе еще при жизни Тараса, теперь ежедневно безжалостно душило ее.

В восемнадцать лет парень превратился в абсолютно чужого человека. Он практически перестал появляться в собственной квартире, проводя свои ночи в компании сомнительных друзей. Ольга не оставляла попыток достучаться до остатков его совести, но каждый раз больно разбивалась о глухую стену безразличия.

— Остап, умоляю тебя, ты же сейчас учишься в университете, куда ты постоянно ходишь? — с отчаянием спрашивала она, едва сдерживая горячие слезы.

— Мам, я уже давно не ребенок, отстань от меня наконец! — кричал он в ответ, изо всей силы хлопая дверью.

Она хваталась за голову и просто не могла понять, где именно допустила роковую ошибку в воспитании. Может, она действительно любила его слишком сильно? А может, если бы Тарас остался жив, он бы смог вразумить парня?

Ольга продолжала работать в школе, но цены неудержимо росли, и ее зарплаты едва хватало на базовые потребности. Остап же начал нагло требовать у матери деньги на свои непонятные дела.

— Мам, дай пару сотен, очень надо, — буднично ворчал он, не считая нужным объяснить, на что именно пойдут эти средства.

Она пыталась отказывать, но парень включал жесткое психологическое давление.

— Ты что, для родного сына денег пожалеешь? — манипулировал он.

В конце концов, Ольга с тяжелым сердцем сдавалась и отдавала ему последнее. Но чуда не произошло. В один пасмурный день она узнала страшную новость — Остап просто перестал ходить на пары и полностью прогулял целый семестр в своем университете.

— Тебя же отчислят! Что ты делаешь?! — в отчаянии кричала она.

— Да мне вообще все равно, я и без того в жизни нормально разберусь, — презрительно отмахнулся он.