«Мне страшно, папа!» — эти слова сына по телефону стали для меня поворотным моментом…
Второй звонок адресовался адвокату Ларисе Назаренко, контакт которой дал Гриша. В свое время она была принципиальным прокурором, ушедшим из органов с громким скандалом, отказавшись покрывать коррупционные сделки высшего руководства. Лариса внимательно выслушала обстоятельства и согласилась взяться за дело: официально представлять интересы Сергея в суде по опеке над Тимкой, а также обеспечить полное юридическое сопровождение передачи криминальных улик.
Третий звонок достался Марине Бойко. Это была известная столичная журналистка-расследовательница, из-под пера которой вышла не одна разгромная статья о мафиозных кланах и «оборотнях в погонах» Киевщины.
— Господин Коваль, — проникновенно сказала она, когда они встретились за чашкой кофе в шумном центре города. — Я уже два года ищу лазейку, чтобы подкопаться под империю Воронова. Если у вас действительно есть то, о чем заявили по телефону…
— У меня это есть, — Сергей спокойно пододвинул по столешнице незаметную черную флешку. — Здесь полная запись наблюдения за их центральной базой прошлой ночью. Лица, маркировка машин, номерные знаки. Этого вполне достаточно, чтобы сложить пазл воедино и показать обществу правду.
Марина прищурилась, изучая военного пытливым взглядом.
— Зачем вам все это? Вы могли бы просто законными методами забрать сына и уехать подальше от этого осиного гнезда.
— Потому что Тимка — далеко не единственный ребенок в этом городе, — жестко ответил Сергей. — И эти люди будут продолжать перемалывать чужие жизни, пока кто-то наконец их не остановит.
После обеда атмосферное давление вокруг дела начало стремительно расти. Следователи Государственного бюро расследований, опытный волк Франц Мельник и его молодой, но цепкий напарник Артем Петько, изучали предоставленные Сергеем материалы с растущим, почти хищным интересом. Офицер Службы безопасности Украины, женщина с пронзительным, холодным взглядом по имени Кристина Ванда, во время их закрытой встречи сделала три коротких телефонных звонка своему руководству. Каждый следующий разговор становился все более напряженным.
— Это действительно железобетонные доказательства, — наконец нарушил тишину Мельник, отрываясь от экрана ноутбука. — Но я буду с вами абсолютно откровенен. Чтобы надежно взять такую глубоко эшелонированную структуру, нужно время. Месяцы кропотливой оперативной работы, прослушка, негласное наблюдение. Если эти дельцы хоть на миг заподозрят, что мы под них копаем, они просто уничтожат весь свой товар и мгновенно залягут на дно.
— Так не дайте им ни единого шанса этого понять, — спокойно ответил Сергей. — Я продолжу на них давить. Пусть они искренне верят, что это лишь моя личная, неконтролируемая инициатива. Просто разъяренный отец, потерявший тормоза, защищая своего сына. Когда же они наконец осознают, что за ними пришли государственные силовые структуры, будет уже слишком поздно что-то менять.
Кристина Ванда медленно наклонилась вперед, впиваясь взглядом прямо в глаза военному.
— Вы же сознательно собираетесь сделать себя живой наживкой.
— Я собираюсь сделать то, что должно быть сделано.
Сергей не сказал этим людям в кабинете только одного — он уже запустил механизм своей операции. В то же самое утро Влад создал свой маленький, но гениальный кибершедевр. Он не стал прослушивать телефоны братьев Барабашей, что было бы прямым нарушением закона, он сделал кое-что более изящное. Он просто отправил каждому из них одно-единственное цифровое фото.
