Девушка использовала собственное тело как щит для раненого воина! На следующее утро под её подъездом выстроилось целое подразделение

Смена Елены Коваль выдалась на удивление спокойной — такой, о которой опытные фельдшеры скорой помощи обычно только мечтают. Никаких масштабных ДТП на проспекте Бажана, никаких внезапных остановок сердца или страшных травм, разрывающих тишину сиренами. Она закончила свое двенадцатичасовое дежурство как раз в тот момент, когда последние лучи солнца скрылись за многоэтажками киевских Позняков.

По дороге к своей арендованной квартире девушка остановилась у местного «Новуса», чтобы купить немного продуктов. Её волосы выбились из растрепанного хвоста, а на рабочей форме виднелись бледные, безопасные пятна — следы долгого рабочего дня. Но Елене было все равно. Усталость просочилась глубоко в кости, сковывая каждое движение.

Единственное, чего она сейчас жаждала — это горячий ужин и спасительное забытье во сне. Выйдя из раздвижных дверей супермаркета, Елена крепко держала бумажный пакет в левой руке, а телефон — в правой. Она рассеянно скользнула взглядом по парковке. Именно тогда возле киоска с шаурмой, стоявшего в нескольких десятках метров, её внимание привлекла фигура, которая едва держалась на ногах.

Первой мыслью было просто пройти мимо. Девушка предположила, что это очередной мужчина, перебравший в пятничный вечер. Однако резкий свет уличного фонаря быстро разоблачил страшную правду. Темная жидкость, пропитавшая его бок, не была разлитым кофе или пивом. Это была кровь.

Юноша, которому на вид было не больше двадцати пяти лет, был одет в потертую форму Вооруженных Сил Украины — пиксель. Он тянул правую ногу, сильно клонясь набок, в то время как темное пятно стремительно расползалось по его ребрам. Лицо парня было серым, почти призрачным в холодном искусственном освещении.

И все же он продолжал двигаться. Его дрожащие пальцы побелели от напряжения, сжимая рану на боку. Вечерняя толпа беззаботно проплывала мимо. Люди не отрывали глаз от экранов смартфонов или же были сосредоточены на своей еде. Казалось, они совершенно не замечали трагедии, разворачивавшейся прямо у них на глазах. Елена не колебалась ни секунды.

Она бросила пакет с продуктами прямо на асфальт. Яблоки и упаковки разлетелись в разные стороны, но девушка даже не оглянулась, изо всех сил бросившись к раненому.

— Эй, эй, садитесь! Вы ранены! — крикнула она, и её голос мгновенно приобрел стальные нотки профессионального медика.

— Я фельдшер скорой, — заверила она парня, подхватывая его именно в тот момент, когда его колени подогнулись. Елена приняла на себя его вес, осторожно опуская военного на бордюр. Ему не хватало воздуха, чтобы что-то ответить. Он лишь слабо кивнул, тяжело и часто дыша.

Быстрый визуальный осмотр рассказал ей все без слов. Его левое плечо было сильно разбито, а грудная клетка выглядела так, будто приняла на себя сокрушительный удар. Елена сорвала упаковку бинта со своего тактического пояса, который никогда не снимала до самого дома, и мгновенно прижала к ране, создавая сильное давление.

Её руки двигались благодаря мышечной памяти — быстро, уверенно, максимально сосредоточенно. Но вдруг атмосфера вокруг изменилась. Волосы на затылке Елены встали дыбом от ощущения опасности. К ним стремительно приближались двое мужчин, двигаясь с хищной, целенаправленной скоростью.

Один из них был очень высоким, его лицо скрывалось за низко надвинутым капюшоном черной куртки. У другого была бритая голова, а темные татуировки ползли от воротника до самой линии челюсти. Это точно были не случайные прохожие. Их взгляд был мертвой хваткой зафиксирован на раненом военном.

— Отойди, — прорычал один из них, не отрывая глаз от сержанта.

Елена решительно встала между нападавшими и своим пациентом. Она была растеряна, но адреналин уже бил в крови, заставляя защищать парня.

— Ему нужна помощь, — твердо заявила она, не сдвинувшись с места. — Я уже вызвала полицию и скорую.

— Тебя никто не просил, — огрызнулся татуированный, и его голос сочился неприкрытой злостью. — Убирайся вон. Немедленно.

Внутри у Елены все похолодело. Это не было случайным уличным ограблением, пошедшим не по плану. Это было что-то гораздо страшнее.

— Док… — прохрипел военный за её спиной, с трудом подбирая слова. — Они… вели меня.

Пазл сложился с ужасающей ясностью. Эти люди охотились на него, выследили, и теперь собирались закончить начатое, пока он был беззащитным. Сердце Елены бешено колотилось о ребра, но она не дрогнула.

— Вы его не тронете, — отрезала она, широко расставив ноги для устойчивости. — Отошли. Назад. Сейчас же.