«Ты уже оформила наследство на бабушкину квартиру? Замечательно! – обрадовалась свекровь. – А теперь продавай и неси деньги, срочно надо!»

Елена изо всех сил сжала кулаки, пытаясь обуздать волну справедливого гнего. — Я ему не мешаю, Галина Петровна. Я просто до смерти волнуюсь, что из-за этой авантюры мы останемся на улице ни с чем. А вы вместо этого настойчиво хотите забрать мое единственное наследство от бабушки, которое я по закону даже продать еще не имею права!

Свекровь пренебрежительно хмыкнула.

— Думай себе как хочешь, твое право. Но лучше бы ты вовремя одумалась и встала на сторону мужа.

Разговор резко оборвался, оставив в душе Елены густой, горький осадок абсолютного бессилия.

Вскоре застройщик, чувствуя безнаказанность, придумал новую схему: объявил беспрецедентные условия. Те инвесторы, которые согласятся внести солидную доплату прямо сейчас, якобы получат абсолютный приоритет на начало ремонтных работ и смогут заселиться в заветные квартиры значительно раньше других.

В тот же вечер Тарас примчался в квартиру тети Любови. Он мерил шагами тесную гостиную и лихорадочно уговаривал жену:

— Лена, это наш шанс! Нужно срочно найти покупателя на ту бабушкину квартиру в Черкассах, пусть даже под серый договор задатка! Иначе мы навсегда потеряем возможность на быстрый ремонт и будем стоять в очереди годами!

Она в отчаянии прижала холодные ладони к пылающему лицу.

— Тарас, это какое-то сплошное безумие. Я не продам ту квартиру, пока своими глазами не убежусь, что ваш дом действительно достроят и сдадут! И я ни при каких обстоятельствах не предам светлую память своей бабушки ради призрачных квадратных метров.

Он остановился напротив неё, и его голос стал низким, почти угрожающим.

— Мы сейчас говорим о нашем с тобой общем будущем. Я вовсе не прошу тебя забывать Надежду, но давай наконец смотреть вперед, а не цепляться за прошлое!

Она сидела молча, не зная, какие еще слова подобрать. Боль от недавней потери самого близкого человека еще жгла горло соленым комом, а жуткий страх перед финансовой пропастью застройщика с каждым днем становился всё реальнее.

Прошел еще один тревожный месяц. Ситуация на строительной площадке в Гатном становилась критической: туда привозили всё меньше бетона и арматуры, а строители иногда бесследно исчезали на целые недели. В закрытых чатах инвесторов началась настоящая паника — люди открыто писали, что компании катастрофически не хватает финансирования. Елена сразу поделилась этими тревожными слухами с мужем.

— Это всё конкуренты намеренно разгоняют черный пиар, чтобы сбить продажи, — нервно отмахнулся Тарас. — Мама узнавала через свои каналы: у генерального директора там очень серьезные связи наверху, поэтому всё гарантированно будет хорошо.

Однако никаких официальных документов или гарантийных писем о новых сроках сдачи руководство компании так и не предоставило. Ссоры между супругами вспыхивали как спички каждый раз, когда речь заходила о деньгах.

Тарас теперь наведывался к тете Любови почти каждый вечер. Он садился за стол и безжалостно вываливал на уставшую Елену все мельчайшие подробности о своем строительстве. Он постоянно ворчал, что цены на стройматериалы растут как на дрожжах, и снова, раз за разом, прозрачно намекал на продажу черкасской квартиры.

— Я уже просто не знаю, на каком языке с тобой говорить, — изнуренно вздыхала Елена, чувствуя, как её нервная система дает сбой. — Я в сотый раз повторяю, что панически боюсь остаться на улице, а ты…

— А я из последних сил пытаюсь обеспечить нам достойное будущее! — грубо перебивал он её. — Без твоих денег от наследства нам сейчас невыносимо трудно. Мама уже просто физически устала тянуть эту финансовую лямку сама!

Елена выпрямила спину и твердо посмотрела ему прямо в глаза.

— Это вообще-то не только её личное дело. Нас в этой семье двое, и мы обязаны решать вместе, стоит ли рисковать последним, что у нас есть.

Но Тарас был абсолютно глух к её аргументам. Он, словно заведенную пластинку, повторял, что это их большая общая мечта и что она, как верная жена, должна беспрекословно довериться опыту его семьи.

Одним сырым осенним вечером напряжение между ними достигло своего абсолютного, критического предела. Тарас приехал на Подол с очередной порцией плохих новостей от застройщика. Он тяжело сел за небольшой стол в тетиной кухне и, не глядя на жену, хмуро начал:

— Нужно срочно найти еще денег и немного добавить в кассу, иначе мы гарантированно потеряем свое место в приоритетной очереди на заселение.

Елена молчала, пустым взглядом глядя в фарфоровую чашку с давно остывшим чаем. Её молчание вывело его из себя. Он не выдержал, резко подскочил и изо всей силы грохнул тяжелым кулаком по деревянному столу, так что посуда жалобно звякнула.

— Продай ты уже наконец эту свою старую хату! У нас скоро будет новая, роскошная квартира, невероятно просторная, в современном комфорт-классе! Хватит уже, слышишь, хватит цепляться за то мертвое прошлое!