«Ты уже оформила наследство на бабушкину квартиру? Замечательно! – обрадовалась свекровь. – А теперь продавай и неси деньги, срочно надо!»

Тяжелая входная дверь арендованной квартиры закрылась за Еленой с глухим металлическим звуком, отрезая её от шумного киевского вечера. После изнурительных часов в офисе, где воздух казался густым от дедлайнов и бесконечных телефонных звонков, ей хотелось только одного — упасть на старый диван и закрыть глаза. Она сбросила тесные туфли, чувствуя, как ноют ступни, и медленно направилась к кухне, откуда пробивался теплый, желтоватый свет.

За тесным кухонным столом сидел Тарас. Пространство вокруг него было хаотично усеяно яркими глянцевыми проспектами, буклетами и распечатками. Он сосредоточенно водил карандашом по бумаге, что-то высчитывая, и был настолько поглощен этим занятием, что даже не поднял глаз на звук её шагов.

— Посмотри, какие роскошные предложения я нашел! — неожиданно воскликнул он.

Муж порывисто поднял голову, и в его глазах горел такой неистовый энтузиазм, что Елена невольно отшатнулась. Он энергично ткнул ей прямо в лицо раскрытым буклетом, на страницах которого высились идеально нарисованные современные многоэтажки.

— Это последняя свободная квартира в новом комплексе комфорт-класса, да еще и по невероятно выгодной цене! Если мы прямо сейчас не ухватимся за эту возможность, то навсегда потеряем шанс на по-настоящему достойное жилье, — слова сыпались из него быстро, словно он боялся, что она его перебьет.

Елена растерянно моргнула, пытаясь сфокусировать взгляд на ярких картинках, а затем её брови медленно сошлись на переносице. Усталость мгновенно сменилась напряжением.

— Последняя? Тарас, мы же договаривались искать что-то значительно проще, чтобы не погрязнуть в кредитах на десятилетия. У нас же едва набралась половина суммы на минимальный первый взнос, ты помнишь об этом? — её голос звучал тихо, но в нем уже сквозили нотки тревоги.

Тарас легкомысленно махнул рукой в воздухе, будто пытаясь отогнать её сомнения, как назойливую муху.

— Да забудь ты об этой вечной скромности! Мы достойны жизни гораздо лучше, чем прозябание в какой-то тесной однушке на окраинах Троещины. Ну да, ипотека будет немного больше, но это совсем не беда. Затянем пояса на какое-то время, откажемся от лишних трат, зато будем просыпаться в красоте. Ты же видишь, как неуклонно растут цены на рынке, это не просто трата, это фундаментальная инвестиция в наше общее будущее!

Елена тяжело опустилась на стул рядом с ним. Её пальцы безвольно скользнули по прохладной, идеально гладкой поверхности рекламного буклета. С фотографий на неё смотрела чужая, пластиково-идеальная жизнь: сверкали в солнечных лучах панорамные окна от пола до потолка, зеленели безупречно подстриженные газони, а на безопасных детских площадках играли улыбающиеся дети.

— Может, оно и правда красиво, — тяжело вздохнула она, измученно сжав пальцами переносицу, где уже начинала пульсировать головная боль. — Но ты же сам еще на прошлой неделе говорил, что нам пока категорически не по карману такая роскошь. Откуда вдруг взялись деньги на комфорт-класс?

Тарас широко улыбнулся. В этой улыбке было что-то такое, будто он только что раскрыл выигрышную комбинацию в сложной игре, о которой она даже не догадывалась.

— Вот здесь и вступает в игру моя мама. Она готова финансово помочь и добавить ту сумму, которой нам не хватает на первый взнос. Ты же знаешь её азарт, ей невероятно нравятся такие масштабные, солидные проекты. Говорит, что когда-то уже имела успешный опыт вложений в недвижимость, поэтому прекрасно знает, как работает эта система и как выжать из неё максимум.

Елена почувствовала, как где-то глубоко в груди, под самыми ребрами, проснулась и начала разворачиваться холодная, липкая тревога. Она всегда старалась поддерживать ровные, теплые отношения с Галиной Петровной. Свекровь не была плохой женщиной, но имела одну определяющую черту — она панически любила держать вселенную под своим тотальным контролем и диктовать собственные правила игры каждому, кто оказывался в радиусе её влияния.

— И что же она захочет получить взамен за такую щедрость? — осторожно, тщательно подбирая каждое слово, спросила Елена. Она изо всех сил старалась скрыть беспокойство, которое уже звенело в её голосе.

Тарас беззаботно пожал плечами, пододвигая к ней тяжелую стопку черновых распечаток и каких-то бланков.

— Да абсолютно ничего страшного или необычайного. Она просто просит оформить все первичные бумаги на неё, чтобы максимально ускорить юридический процесс. У застройщика сейчас требуют кучу бюрократической волокиты, а мама, как официальное лицо с идеальной кредитной историей, быстро всё это подпишет и проведет. Это чисто временное решение, чтобы не потерять бронь. Как только дом сдадут, мы без проблем всё переоформим на нас.

Елена опустила взгляд на документы. Строчки текста расплывались перед усталыми глазами, но она четко видела главное: в каждом абзаце, в каждом поле для реквизитов фигурировало исключительно имя Галины Петровны.

— Погоди-ка, а где вообще наши фамилии? — её голос дрогнул, и она попыталась возразить, поднимая взгляд на мужа. — Разве это не должно с самого начала оформляться как наша общая, семейная собственность?

— Да не волнуйся ты так! — Тарас потянулся через стол и накрыл её ладонь своей, пытаясь передать ей свою беззаботность. — Мы физически не успеем собрать все справки для оформления на двоих, а мама очень боится, что это акционное предложение просто сгорит. Это вообще не проблема, я тебе гарантирую. Позже мы спокойно всё исправим у нотариуса. Она же не чужой нам человек, это же моя родная мать!