«Ваш сын умер», — сухо отчеканили в военкомате… Чуть не сойдя с ума от отчаяния, мать наняла копателей и среди ночи пошла на кладбище!
Мысли Марии неслись далеко в прошлое. Она вспоминала годы своего первого брака. Тогда они с мужем, Василием, отчаянно и долго пытались родить ребенка. Сколько горьких, жгучих слез было пролито в подушку, сколько горячих молитв она шепотом отправила в полумраке сельской церкви, стоя на коленях перед иконой Богородицы.
И все было напрасно. Врачи в обшарпанных кабинетах районной поликлиники лишь устало разводили руками, пряча глаза: «Бесплодие, Мария. Это природа, тут ничего не поделаешь». А потом Василий просто не выдержал. Он собрал свои вещи и ушел к младшей Галине, которая уже через год родила ему здоровых двойняшек — двух румянощеких девочек.
Мария тогда осталась совсем одна в большом, старом доме с выцветшими обоями. Единственным звуком там был сиротливый скрип деревянного пола под ее шагами. Казалось, жизнь закончилась, но в один теплый летний день в их райцентр приехал новый агроном. Это был молодой, статный парень по имени Игорь, с ясными глазами и невероятно широкой, открытой улыбкой.
Он только что получил диплом аграрного университета в Виннице и временно поселился в местном общежитии при колхозе. Мария в то время работала в конторе главным бухгалтером, поэтому они часто пересекались в рабочих кабинетах. Сначала их общение ограничивалось сдержанными кивками и дежурным «добрый день». Но со временем женщина начала замечать, что Игорь задерживает на ней свой взгляд чуть дольше, чем требовала обычная вежливость.
Одним дождливым, ненастным вечером он предложил подвезти ее домой на своем служебном, пропахшем бензином «УАЗе». По дороге они разговорились: сначала о капризах погоды, потом о видах на урожай, а дальше незаметно перешли на разговоры о жизни. Мария, сама от себя того не ожидая, пригласила его в дом на горячий чай. И тот дождливый вечер неожиданно перерос в долгую, страстную ночь, которая стерла все границы ее одиночества.
Наутро, когда первые лучи солнца коснулись окон, Мария проснулась с невероятно тяжелым бременем стыда в груди. Ей уже исполнилось сорок лет, а Игорю было всего двадцать пять. «Что же я наделала?» — с ужасом думала она, рассматривая свое отражение в тусклом стекле старого зеркала.
Она все еще выглядела хорошо: сохранила стройную фигуру, ее густых каштановых волос еще не коснулась седина, но пропасть в возрасте безжалостно грызла ее изнутри. Мария прекрасно знала: село — это не то место, где можно скрыть тайну. Если бы кто-то узнал об их ночи, злые языки разнесли бы сплетни от базара до самой церкви за считанные часы.
Но Игорь оказался на удивление порядочным человеком. Он не хвастался перед ребятами, не распускал сплетен, а просто деликатно отдалился, сведя их встречи на нет. Женщина вздохнула с большим облегчением, собственноручно безжалостно вырвав из сердца первые, еще слабые ростки новых чувств.
Но через два месяца случилось то, чего она уже давно перестала ждать. Случилось чудо. Мария почувствовала в своем теле те самые, едва уловимые изменения — в ней зарождалась новая жизнь. Она долго гнала от себя эти мысли, не смея поверить, но врачи в той самой районной поликлинике шокировано подтвердили: беременность.
В душе женщины мгновенно вспыхнула безумная радость, которая тут же густо смешалась с липким страхом и общественным стыдом. Те самые медики, которые когда-то поставили на ней крест, теперь пугали ее медицинскими терминами: «В вашем возрасте это огромный риск, Мария. Организм может не выдержать. Может случиться выкидыш или ребенок родится с пороками». Но она, стиснув зубы, упрямо отмахивалась от их предупреждений.
— Нет, я выношу. Это мой единственный шанс, и я его не упущу, — твердо заявила она.
Ее непоколебимая уверенность заставила замолчать даже опытную заведующую отделением, которая молча выписала кучу направлений на анализы, недовольно бормоча что-то о современной медицине. Вскоре Игорь уехал из села навсегда — получил перевод в другой район. Мария выдохнула с облегчением: теперь ей не придется смотреть ему в глаза или что-то объяснять. Конечно, село гудело. Люди шептались за ее спиной, гадали, кто же отец, но никаких доказательств ни у кого не было, поэтому со временем языки устали и угомонились.
