«Генералы не живут в хрущевках»! Учительница высмеяла мальчика за старую одежду, но горько пожалела, когда увидела его отца

Максим медленно поднялся. Лист бумаги в его руках заметно дрожал. Он откашлялся и начал читать, стараясь, чтобы голос звучал твердо и по-мужски:

— Мой папа — генерал-полковник Вооруженных Сил Украины. Он служит уже 32 года. Он был в Ираке, Афганистане и на Донбассе. Он помогает принимать решения, от которых зависит безопасность нашего государства…

Лицо Тамары Ивановны мгновенно изменилось. Она будто окаменела. Ее глаза сузились в щелки.

— В Украине не так много генералов такого уровня. Мой папа прошел путь от лейтенанта. Он говорит, что настоящий командир заботится о солдатах больше, чем о себе…

— Стоп!

Это слово разрезало воздух, как пощечина. Резкое, громкое, безжалостное.

Все ученики замерли. Родители, которые до этого перешептывались или смотрели в телефоны, удивленно подняли головы. Тамара Ивановна медленно поднялась со своего места.

— Максим, подойди сюда. Немедленно.

Максим на ватных ногах подошел к учительскому столу. Сердце колотилось так сильно, что отдавалось глухим стуком в висках.

— Класс, — сказала Тамара Ивановна голосом, который не предвещал ничего хорошего. — Это идеальный пример того, что мы в психологии называем «искажением реальности». Максим, я требую, чтобы ты был честным с нами. Кем на самом деле работает твой отец?

— Он генерал, Тамара Ивановна. Это правда.

Она скрестила руки на груди, глядя на него сверху вниз.

— Бондаренко, я работаю в этой гимназии 25 лет. Я учила детей министров, послов и настоящих генералов.

Она сделала паузу, демонстративно осматривая его старый свитер, джинсы с потертостями на коленях.

— Генералы не живут в съемных «панельках» на Соломенке. Их дети не донашивают кроссовки прошлого сезона. Их семьи — это элита, о них пишут в светской хронике, а не ищут скидки в супермаркетах.

Максим почувствовал, как его лицо заливает краска стыда.

— Но мой папа не любит публичности… Он говорит, что это опасно…

— Публичности? — она пренебрежительно фыркнула. Несколько учеников нервно захихикали, подыгрывая учительнице. — Я проверила твое личное дело в канцелярии вчера. Специально проверила.

Она достала какую-то бумажку.

— В графе «отец» написано черным по белому: Виктор Бондаренко, государственный служащий. Место работы — воинская часть номер такой-то. Это очень отличается от «генерал-полковника», не так ли? Ты хоть понимаешь разницу между простым завхозом в части и боевым генералом?

Глаза Максима наполнились горячими слезами, но он сцепил зубы и не позволил им пролиться. Он не будет плакать перед ней.

— Он так пишет для безопасности! Он мне говорил, что так надо!

— Хватит лгать! — Класс вздрогнул от ее крика. — Ты сейчас же сядешь на свое место. Ты перепишешь это задание, написав правду. И ты публично извинишься перед классом и нашими уважаемыми гостями за то, что тратишь наше драгоценное время на свои глупые фантазии. Тебе понятно?

Одна слеза таки предательски скатилась по щеке Максима, но он не сдвинулся с места. Он выпрямил спину, как учил отец.

— Максим, я сказала — садись!

— Мой папа не воспитал лжеца, Тамара Ивановна.

В классе воцарилась мертвая, гнетущая тишина. Лицо учительницы покрылось красными пятнами гнева. Несколько родителей, в том числе папа Артема, неудобно заерзали на стульях, чувствуя, что ситуация зашла слишком далеко.

— Что ты мне сказал? — прошипела она.

— Мой папа — генерал. Он едет из аэропорта. Он будет здесь в десять. Вы увидите.

Челюсти Тамары Ивановны сжались до боли.

— Вон из класса! К завучу. Немедленно. И без родителей в школу не возвращайся!

Денис подскочил со своего места, не выдержав несправедливости:

— Но Тамара Ивановна, Макс не врет! Я видел фото…

— Денис, сядь, если не хочешь пойти вместе с ним к директору!

Денис неохотно сел, бросив на друга извиняющийся, отчаянный взгляд. Максим схватил свой рюкзак. Когда он шел к двери, Тамара Ивановна бросила ему в спину, достаточно громко, чтобы слышали все «важные» родители:

— Пусть это будет уроком для всех. Честность и скренность — это главные добродетели. А пытаться казаться кем-то более важным, чем ты есть, особенно когда ты происходишь из… определенной социальной среды — это признак плохого воспитания и комплексов.