Учительница выбросила рисунок девочки: «Твой отец — не герой»! Она побледнела, когда увидела, кто стоит на пороге вместе с овчаркой

Андрей оценил его взглядом, затем кивнул.

— Хорошо.

Когда Андрей повернулся, чтобы выйти, Рекс плавно поднялся и пошел следом, не натягивая поводка, не отставая. Класс выдохнул, когда дверь закрылась за ними. Софийка сидела неподвижно, в груди было тесно, мысли путались.

Она не знала, что будет дальше. Она знала только одно: началось что-то важное.

В коридоре Игорь Васильевич прочистил горло.

— Господин Морозов, мы ценим участие родителей, но важно соблюдать школьные правила посещения.

Андрей посмотрел ему в глаза.

— Я уважаю правила. Но я также уважаю своего ребенка.

Завуч снова взглянул на Рекса.

— У нас, вообще-то, запрещено приводить животных в школу.

— Он служебный, — сказал Андрей, доставая из кармана удостоверение, — и он выполняет задание вместе со мной. Он уйдет, когда уйду я.

Игорь Васильевич заколебался, затем кивнул.

— Давайте пройдем в мой кабинет. Нужно всё прояснить.

Андрей согласился без колебаний.

Встреча началась не с громких криков, а с бумаг, аккуратно разложенных на столе. Края документов были выровнены, факты поданы без прикрас.

Андрей Морозов сидел в небольшом кабинете завуча. Его спина оставалась прямой, форма — чистой. Руки он положил перед собой, переплетя пальцы. Рекс лежал у его ног, положив голову на лапы. Дыхание пса было медленным и ровным, он воплощал абсолютное спокойствие.

Напротив сидел Игорь Васильевич. Его плечи были ссутулены, будто он привык брать на себя чужие проблемы. Он нервно постукивал пальцами по стопке бумаг. Это был человек, который ценил порядок и не любил непредсказуемости.

Людмила Петровна сидела рядом, положив руки на колени, её спина не касалась спинки стула. Вблизи та уверенность, которую она так легко носила в классе, начала давать трещины.

Её каре всё еще было идеальным, макияж — нетронутым, но глаза бегали по комнате. Она построила свою репутацию на контроле и на вере в то, что она может распознать ложь. Эта вера сейчас проходила испытание фактами.

Андрей не спешил. Он пододвинул тонкую папку через стол. Внутри были копии его служебного удостоверения, выписка из приказа о закреплении служебной собаки и сертификат, подтверждающий квалификацию Рекса.

Никаких лишних деталей. Просто бумага, печати и факты.

— Я не прошу особого отношения, — голос Андрея был ровным, неторопливым. — Я прошу объективности.

Игорь Васильевич поправив очки и пробежал глазами документы. Его выражение лица едва заметно изменилось. Он взглянул на Рекса, затем снова на бумагу.

— С документами всё в порядке, — медленно проговорил он. — Это официальные бумаги.

— Так и есть, — ответил Андрей.