«Ты даже ходить не можешь!» — смеялся муж, представляя гостям свою беременную любовницу. Он и не подозревал, что я готова раскрыть всю правду…

Это была уже не просто супружеская измена. Это граничило с криминалом. Екатерина поняла, что Алексей не просто небрежен — он опасен.

После аварии Алексей изолировал её от всех, убедив, что она «слишком слаба». Теперь она понимала почему. Он боялся, что она узнает правду.

Екатерина начала действовать. Она связалась со своей сестрой Лизой, которая работала руководителем отдела кибербезопасности в крупной IT-компании.

— Лиза, мне нужна твоя помощь. Но это нелегально, — предупредила Екатерина.

Лиза только хмыкнула:

— Для тебя — что угодно. Тем более, я всегда знала, что Алексей — скользкий тип. Он отвадил меня от твоего дома, говорил, что мои визиты тебя утомляют. Я думала, ты сама не хочешь меня видеть.

Благодаря навыкам Лизы они получили доступ к закрытой переписке Алексея.

Это был ящик Пандоры: письма офшорным регистраторам, переписка с врачами, где он прямым текстом просил «увеличить седацию», и худшее — детальные планы покупки недвижимости для Вероники за счет… благотворительного фонда Екатерины.

— Он крал из фонда «Безбарьерный Киев»? — Екатерина не могла поверить своим глазам. Это был её любимый проект, финансировавший установку пандусов в школах и больницах.

— Более восьми миллионов гривен за последний год, — подтвердила Лиза, показывая транзакции. — Он списывал это как «консультационные услуги» и «представительские расходы», а деньги шли на счета подставных ФЛП, связанных с Вероникой.

Злость стала её топливом. Екатерина разработала план. Ей нужно было выиграть время, чтобы восстановить физическую форму.

Она продолжавала принимать «лекарства» — теперь это были витамины, которые Марина пересыпала в оригинальные баночки. Для Алексея она играла роль «послушной жены», которая постоянно хочет спать.

Тем временем, трижды в неделю, когда Алексей думал, что она на «арт-терапии» в студии на Андреевском спуске (которую якобы держала знакомая Марины), Екатерина потела в реабилитационном зале на другом конце города.

Прогресс был невероятным. Когда яд вышел из организма, мышцы начали слушаться. Она училась стоять, делать шаг, потом второй. Боль была адской, но мысль о лице Алексея, когда он узнает правду, заставляла её идти дальше.

Финальным пазлом стал Николай — бывший охранник со стройплощадки «Днепровских Башен». Оксане удалось найти его в селе под Житомиром. Он долго отказывался говорить, но когда Екатерина приехала к нему лично, совесть мужчины не выдержала.

— Я не должен был дежурить в тот день, — признался Николай, крутя в руках старую кепку. — Я подменил напарника. Через два дня после вашего падения приехал господин Алексей. Он сказал, что на камерах есть моменты, где вы плачете, и он хочет защитить ваше достоинство. Попросил удалить всё за то утро. Дал пять тысяч долларов.

— Вы удалили? — спросила Оксана.

— С сервера — да. Но я сделал копию на флешку. На всякий случай. Знаете, в таких делах крайним всегда делают охранника.

Он вынес старую флешку. На видео, зернистом, но разборчивом, было видно утро трагедии.

Алексей стоит у той самой платформы с прорабом. Он показывает на шаткое крепление, что-то сердито говорит, а затем достает из кармана конверт и передает его прорабу. Тот кивает и машет рукой рабочим, чтобы те убирали предупреждающие знаки. Через три часа на эту платформу ступила Екатерина.

Это был конец. Не просто небрежность — сознательное преступление.

Екатерина вернулась в Киев с флешкой в сумочке. До ежегодного гала-вечера компании оставалось три недели. Алексей планировал провести его прямо у них дома, в имении в Конча-Заспе, чтобы «Катюше было удобнее».

На самом деле, как выяснила Оксана через прослушивание, он планировал именно там публично представить Веронику как своего полноправного партнера, а Екатерину выставить как больную женщину, нуждающуюся в покое и опеке.

— Это жестоко, — сказала Марина, когда они обсуждали это в зале. — Унизить тебя в твоем же доме.

— Нет, — улыбнулась Екатерина, вытирая пот со лба после тренировки. — Это идеально. Он сам строит сцену для своего краха.

За две недели до вечера Екатерина встретилась с известной журналисткой-расследовательницей Соломией Витвицкой. Ей нужна была огласка.

— Если мы это сделаем, пути назад не будет, — предупредила Соломия, просматривая документы. — Это война с очень влиятельными людьми.

— Я уже на войне, — ответила Екатерина. — Просто до сих пор я была безоружной.

Подготовка шла полным ходом. Лиза настроила систему «умного дома» так, чтобы в нужный момент перехватить управление экранами и звуком.

Екатерина продолжавала играть роль слабой жертвы. Она даже спросила Алексея, какое платье ей лучше надеть, позволив ему выбрать что-то скромное и закрытое, чтобы скрыть её похудевшее тело. Но у неё был свой план.