«Ты даже ходить не можешь!» — смеялся муж, представляя гостям свою беременную любовницу. Он и не подозревал, что я готова раскрыть всю правду…
Огромный бальный зал отеля Fairmont Grand Hotel Kyiv на Почтовой площади погрузился в такую тишину, что было слышно, как звенят кубики льда в бокалах.
Екатерина Бондарь сидела в своей инвалидной коляске с идеально ровной спиной и молча наблюдала за сценой, разворачивающейся перед ней. Её муж, Алексей, по-хозяйски обнимал за талию свою беременную любовницу.
И всё это происходило на глазах у двух сотен ошеломленных гостей — сливок киевского бомонда, инвесторов и политиков.
— Я хочу представить вам всем Веронику, — объявил Алексей. Его голос, обычно уверенный и поставленный для презентаций недвижимости, сейчас вибрировал от нескрываемой гордости. — Не просто как нового креативного директора нашей компании, а как мать моего будущего ребенка. Она — это то будущее, о котором я всегда мечтал.
Вспышки камер ослепляли, отражаясь в панорамных окнах с видом на ночной Днепр. Алексей посмотрел прямо на Екатерину, свою жену, с которой прожил двенадцать лет.
В его взгляде не было ни стыда, ни жалости. Лишь холодный микс пренебрежения и того особого, липкого сочувствия, с которым смотрят на что-то сломанное и ненужное.
— Иногда, — продолжил он, поднимая бокал с шампанским, — жизнь дает нам второй шанс на счастье.
В глазах Екатерины заблестели слезы, но произошло непредвиденное. Она улыбнулась. Это была едва заметная, холодная улыбка, которая заставила Алексея на мгновение вздрогнуть, словно от внезапного сквозняка.
Еще три года назад Екатерина и Алексей Бондарь были «золотой парой» столичной архитектурной сцены. Их современный пентхаус на Печерских холмах был идеальным отражением их успеха — много стекла, света и амбиций.
Алексей был харизматичным «дельцом», лицом компании «Бондарь Девелопмент». Он умел договариваться с самыми сложными чиновниками, выбивать разрешения на строительство в историческом центре и очаровывать иностранных инвесторов.
Екатерина же была тихим гением, «мозгом» их бизнеса. Именно её архитектурные проекты выигрывали европейские конкурсы и меняли скайлайн Киева.
Они были идеальной командой. Как говорила их общая подруга Диана: «Алексей умел продавать мечту, а Катя знала, как построить реальность, которую он обещал».
Но всё изменилось в один дождливый вторник в ноябре.
Несчастный случай на строительстве элитного ЖК «Днепровские Башни» не должен был произойти. Екатерина была фанатично предана правилам безопасности. Однако в тот день временная платформа, на которую она ступила для инспекции 14-го этажа, внезапно обрушилась. Падение было страшным.
— Сначала мы вообще не давали прогнозов, сможет ли она сидеть, не то что ходить, — объяснял позже профессор Розенко, ведущий нейрохирург, собиравший её позвоночник по частям.
После трех сложных операций и месяцев изнурительной реабилитации в Феофании Екатерина могла преодолевать короткие расстояния с помощью ходунков. Но для полноценной жизни она оставалась прикованной к коляске.
Её напряженный график — совещания, авторский надзор, командировки в Вену и Лондон — сменился бесконечными процедурами и консультациями врачей.
А Алексей, муж, который клялся быть с ней «в радости и в горе», начал отдаляться. Сначала это было почти незаметно — он просто «задерживался на объектах».
Для внешнего мира Алексей Бондарь оставался образцом. Он нанял лучших сиделок, переоборудовал их дом, установил лифт и пандусы. На благотворительных вечерах он произносил речи, выжимавшие слезы у светских львиц.
— Моя жена — боец, — говорил он, по-хозяйски кладя руку ей на плечо. — Её стойкость вдохновляет меня каждый день.
Но дома царила другая реальность. Холодные разговоры, отдельные спальни и растущая пропасть отчуждения.
На благотворительном вечере Екатерина сидела немного в стороне, спрятав коляску за пышной композицией из гортензий. Отсюда она видела, как Алексей «работает» с залом.
В свои 42 года он выглядел безупречно: дорогой костюм, уверенная осанка. Он как раз общался с Еленой Левченко, влиятельной чиновницей из градостроительства.
Телефон Екатерины вибрировал. Сообщение от Марины, её реабилитолога:
— Не забудь про лекарства в 22:00. Как ты там, держишься среди этого пафоса?
Екатерина едва заметно улыбнулась. Марина была, пожалуй, единственным человеком, который не смотрел на неё с жалостью.
— Смотрю, как Алексей колдует, — отписала она. — Я здесь как мебель.
— Тем хуже для них, — мгновенно ответила Марина. — Завтрашний сеанс в два в силе? Попробуем новую методику.
Екатерина хотела ответить, но увидела, что Алексей ведет чиновницу к ней.
— А вот и творческий гений нашей инклюзивности, — Алексей произнес это тоном заботливого опекуна. — Моя жена настаивает, чтобы каждый проект «Бондарь Девелопмент» был доступным для всех.
— Это просто здравый смысл, — ответила Екатерина, держа марку. — Дома должны быть для людей.
— Восхищаюсь вами, — прощебетала чиновница. — Алексей рассказывал о вашей трагедии. Так грустно, когда карьера обрывается на взлете.
